Яркий Миг

Аннет пообещала, что это займет не более часа, однако я просидел почти два, без интереса разглядывая улицу, главной достопримечательностью на которой, судя по количеству посетителей, являлась «Цирюльня дядюшки Тима», располагавшаяся примерно в сотне хвостов от клиники доктора Киннера. Барышни в пестрых платьях и джентльмены с пышными усами и ухоженными бородами то и дело входили и выходили из этого заведения. Наблюдая за этой текучкой, я погрузился в свои мысли, которые, однако, кружились на одном и том же месте, словно в бальном танце, кружились и кружились, а музыка никак не прекращалась, и не менялся темп.

Появление Аннет означало, что Киннер наконец освободился, и это меня обрадовало, ведь знаменовало собой конец однообразному танцу моих мыслей, точнее сказать, мне очень хотелось, чтобы это было так. Кроме того, было невероятно интересно узнать, какую же композицию «музыканты» станут исполнять следующей.

Одним глотком допив уже остывший горький кофе, третий по счету, я поднялся с места и, достав из кармана купюру в один эливан, бросил ее на стол.

Весь обед стоил, пожалуй, вполовину дешевле, но мне было наплевать. Я и так слишком долго ждал, чтобы тратить время на нерасторопного официанта, который будет искать сдачу. Деньги никогда меня особенно не заботили, ни до начала писательской карьеры, ни, тем более, после.

– Доктор Киннер закончил, – громко сообщила Аннет, подходя.

– Прекрасно.

– Он ждет вас в приемной. Это там, где…

– Я знаю, где это. Спасибо.

Я быстро направился к клинике.

– А мне он сказал, что я на сегодня свободна.

– Замечательно, – кивнул я ей через плечо.

– Потому с вами я не пойду, – заключила Аннет таким тоном, словно ее одновременно и радовала мысль о том, что можно наконец-то идти домой, и огорчал тот факт, что она не проводит меня к доктору. Похоже, что ее интерес к принесенному мной утром диковинному животному, которого Аннет так и не увидела, нисколько не угас. Вот же любопытное создание.

– Удачи вам, мистер.

– И тебе, Аннет, – я повернулся к ней, не сбавляя шага, и улыбнулся.

Девочка улыбнулась в ответ так искренне, как могут только дети, и побежала вверх по улице.

Киннер действительно ждал меня в приемной, натирая руки каким-то маслом, которое обладало резким травяным запахом, в общем-то даже приятным, не будь он таким сильным.

– Клиф! – воскликнул доктор Киннер, подняв на меня глаза. – Рад снова видеть тебя так скоро. Ты не голоден?

– Нет. Перекусил, пока ждал.