Обреченный на любовь

Похоже, невелик ростом, подумал Калинов. Этакий сморчок занюханный… С ними всегда разговаривать сложно.

– Здравствуйте!

Формен кивнул, снял с шеи полотенце.

– Мое имя Калинов. Мне бы хотелось побеседовать с вами. Дело весьма срочное…

– Я вас не знаю, – поспешно проговорил Формен. – И не представляю, о чем бы мы могли беседовать.

В глазах его мелькнуло нечто, похожее на страх. Впрочем, продолжалось это лишь мгновение. Калинов понял, что Формен сейчас отключится, и сказал:

– Мне бы хотелось поговорить с вами о Стефане Андерсоне и Тасиро Накаяме.

Лицо Формена окаменело.

– Кто вы такой? – спросил он тихо.

Калинов почувствовал, что надо говорить правду, а то этот сморчок занюханный насторожится еще больше.

– Я сотрудник отдела аномалий Социологической комиссии, занимаюсь расследованием смерти Андерсона и Накаямы.

Формен чуть ожил, заморгал.

– Я вряд ли буду вам полезен!

– И тем не менее…

Формен молчал, погрузившись в мрачные размышления.

– Я бы убедительно просил… – сказал Калинов.

– Ну хорошо, – ответил наконец Формен. – Я согласен. Жду вас через два часа. В Колумбусе, в баре «Корона».

Наяву Формен оказался совсем другим. Занюханный сморчок превратился в высоченного мужчину, широкоплечего, еле помещающегося за столиком. Рука Калинова просто утонула в его огромной лапе. Вот только потухшие глаза резко контрастировали с внушительной фигурой.

Калинов огляделся. Бар в этот час пустовал. Было занято лишь несколько столиков.

За ними сидели пожилые парочки, кланялись друг другу седыми одуванчикоподобными головами. В окна рвалось утреннее солнце: здесь было всего десять часов.

– Так что вы хотели от меня услышать?

– Расскажите об Андерсоне и Накаяме.

Формен оглянулся.

– Почему бы вам не воспользоваться анкетными материалами? – сказал он равнодушно.

– К сожалению, там лишь голая информация.

– А вас, значит, интересует информация, наряженная в праздничные одеяния?

– Меня интересует то, чего нет в анкетах.

Что они были за люди? Чем занимались помимо основной работы? С кем водили знакомство?

Формен потер указательным пальцем переносицу.

– Ребята как ребята. Отличные парни. Прекрасные работники. Разумеется, спортсмены… Что еще? Даже не знаю…

Калинов вздохнул: контакта почему-то не получалось.

– Вы были друзьями?

– В общем-то, да, – осторожно сказал Формен. – Мы подружились во время стажировки на «Нахтигале».