Сквозняк в незакрытых дверях

 – Со Скиллусом прервана джамп-связь.

Я фыркнул, намереваясь ляпнуть что-нибудь типа: «Я ее не ломал!» – но шеф энергичным жестом остановил мои псевдоюмористические изыскания.

– Вчера транспортники отправили туда двух роботов-ремонтников. Обычный профилактический осмотр, какой производится каждые две недели. Назад ни одна из машин не вернулась. – Он строго посмотрел на меня, как будто я был причастен к исчезновению роботов, и продолжил: – Сегодня на Скиллус были направлены один за другим два техника.

– Назад ни один из них не вернулся, – заметил я, старательно копируя интонации шефа.

– Если бы!.. – Полковник не обратил на мою выходку ни малейшего внимания. – Оба техника вернулись. И оба доложили, что станция их не приняла.

– Прямо так, вдвоем, на Скиллус и сбегали? – насмешливо проговорил я, зная, что на такие расстояния джамп-генератор способен переправить не более одного человека за передачу.

– Нет, конечно. – Шеф по-прежнему не реагировал на мой тяжеловесный юмор. – В пятнадцать часов был отправлен первый.

Он тут же вернулся и доложил, что сам по себе перенос произошел, но двери джамп-кабины приемника не открылись. После долгих бесплодных разбирательств, в двадцать один час, на Скиллус отправили второго техника, более высокой квалификации. История повторилась. После этого транспортники поставили станцию под силовую защиту и обратились к нам…

– А мы теперь что? – ядовито осведомился я. – Мы отныне фирма по обслуживанию джамп-генераторов?

Полковник посмотрел на меня в непонятной жалостью.

Будто с сегодняшнего дня я и в самом деле был способен справиться только с ремонтом джамп-генератора. Лицо шефа оставалось непроницаемым, но жалость во взгляде изрядно смутила меня: не представлял я себе, чтобы Полковник мог кого-либо пожалеть. Поэтому я прикусил язык, готовый уже выдать очередную ядовитую банальность. Работа, кажется, действительно наворачивалась серьезная.

Шеф достал из папки, лежащей перед ним, светлую литиновую полоску, на которых фиксируют шифрограммы, и, перегнувшись через стол, положил передо мной.

Я смотрел на шифрограмму, и мне было нехорошо: я наконец почувствовал, что отпуск таки закончился. Сердцем почувствовал, а не умом. Уму моему это стало ясно еще утром, когда я обнаружил на экране дальней связи жизнерадостную физиономию Гилмора.

Я взял полоску в руки, она была прохладной на ощупь.

Просмотрел реквизиты. Это оказалось донесение Управления Охраны Дальних Рудников, информация двухнедельной давности.