Битва местного значения

– Капральша, говоришь? Ну-у, с нею все ясно! Ее ты взял исключительно для самоутверждения. Чтобы доказать себе, что ты… – Сандра не закончила мысль. – Светка – тоже несерьезно, она надолго тебя не привлечет. Не та фактура… Однако с остальными надо разбираться.

– С какими еще остальными? – Кириллу вдруг стало страшно. – Послушай, Александра… Я тебя прошу! Не надо ни с кем разбираться!

Она некоторое время изучала выражение его лица, потом кивнула:

– Ладно, за меня ты можешь сопло не рвать. Я не девочка! Помимо мыслей о том, что между ног течет, у меня и другие мысли водятся.

Но прочие-то!

– Да какие прочие? – страшным шепотом крикнул Кирилл.

– Ты что, Кент, не соображаешь? – Сандра тоже перешла на шепот. – А о чем ты думал, когда собирал вокруг себя компанию воздыхательниц? Ты полагаешь, они друг друга терпеть станут? Да Ксанка с Парой Вин только-только сошлись вместе, но уже сейчас того и гляди друг друга порвут на куски! А Вика Шиманская прикончит ту, которая уцелеет! Надеюсь, ты не думаешь, что эта не справится? – Она снова криво усмехнулась.

 – Удивил ты меня, Кент! Очень удивил!.. Впрочем, обещаю, от меня тебе ржавых пистонов не будет. Думаю, ты за меня тогда, после всей этой истории с Догом, замолвил словечко. Потому я легко ноги унесла. Подумаешь, в звании понизили! – Она положила Кириллу на плечо свою гигантскую лапу. – Короче, раз я тебе не по сердцу, положу глаз на кого-нибудь другого. Да хотя бы на ефрейтора Кривоходова, уж он-то не побрезгует! Но от остальных боевых подруг жди ржавых пистонов!

Она отвернулась и, вскинув голову, пошла прочь.

Кирилл облегченно вздохнул и шагнул в сторону сортира.

– Эй, Кент!

Он обернулся.

Сандра поедала его грустными карими глазами:

– И все-таки… Если что… Ты только свистни, дружок!

11

После обеда «кентавры» стреляли, упражнялись в рукопашном бою, метали холодное оружие и занимались прочими полезными делами, соответствующими процессу подготовки к выполнению неизвестной боевой задачи.

Бойцы совсем привыкли друг к другу.

К Наиле Камалиевой окончательно приклеилось прозвище Колобок, и она уже вовсю откликалась на него. После возвращения Пары Вин как-то незаметно Риту Винокурову стали называть Третьей Виной.

В общем, жизнь отряда окончательно вошла в колею повседневности, и сломать повседневность могло только командование. Своим приказом, которого пока не было.

А у Кирилла не шел из головы разговор с Громильшей.