Фельдъегеря́ генералиссимуса. Роман первый в четырёх книгах. Книга третья и четвёртая

В этом письме и о вас написано.

Павел Петрович, голубчик!

Вот вы и отмучились. Больше от вас я ничего, клятвенно обещаю, не потребую, кроме того, что я вас сейчас слезно попрошу. Убейте, пожалуйста, Бутурлина, Жаннет Моне и князя Андрея.

Ничего, что вы только князя знаете. Вскоре вы и Бутурлина, и Жаннет возненавидите, как я их возненавидел. Они в гости к князю Николаю Андреевичу в поместье заявятся. Заявятся с единственной целью, дорогой мой Павел Петрович, – узнать, кто же наших фельдъегерей на тот свет отправил.

А ведь мы знаем, кто к этому делу, так сказать, свою руку приложил. Так что, пожалуй, я зря вас слезно прошу убить их. Вы без моей просьбы с радостью их убьете.

Думаю, вам ловчее сообразить, как вам это сделать. Бутурлин дуэлянт отчаянный, но, в своем роде, и оригинальный. Он не в противников своих стреляет, а в землю или в небо. Да вы сами, наверное, про его дуэльные правила знаете. Так что убьете его без труда и опаски.

С князем Андреем сложнее, но он юноша впечатлительный, поэтому какую-нибудь вздорную мысль, из-за которой он сам застрелится, вы ему должны будете внушить.

С Жаннет как поступить, уж и не знаю. Она самая опасная из всей этой троицы. Вы ее на закуску оставьте. Она большая любительница орехов лесных. Может быть, одним из них она подавится?

А если вы к смерти старого князя руку приложите, то благодарность моя не будет знать границ.

На этом, надеюсь, навсегда прощаюсь с вами.

Ваш Т. К.

P. S. Уповаю на ваше благоразумие и фокусность. Ведь это вам грозит смертельная опасность, а не мне.

– Ах, вот вы где! – вошла в залу Жаннет и подошла к управляющему и к князю Андрею. – Музицируете? – И презрительно посмотрела в глаза Павла Петровича: – Вы же обещали застрелиться. Почему не застрелились?

– Сами знаете, почему я не застрелился! – ответил Павел Петрович и положил ей на ладонь свою монетку.

– Забавная монетка, – засмеялась Жаннет. – Надо ее Бутурлину показать.

– Показывайте! – засмеялся и Павел Петрович. – Канделябрами, думаю, он меня удостоит, но ведь и вас не помилует.

Кстати, где он? Или боится на глаза князю Андрею показаться? Нехорошо он с Прасковьей Ивановной вчера обошелся. Нехорошо!

– Бутурлин, может, нехорошо вчера себя вел, но ведь не по своей воле. Так что бегите отсюда, пока я не рассказала все князю Андрею. Бегите!

– Нет уж, набегался, – ответил гордо Павел Петрович и протянул пистолет князю Андрею. – Убейте меня, князь, я виноват перед вами. Убейте! Или я сам себя убью.