На волне эфира

Прошлый Новый год хрупкая Белла и мудрая Гретта праздновали одни. За полчаса до курантов бабушке стало плохо, Белла обнаружила у нее жар и предложила вызвать врача. Бабуля отказалась и попросила отвести в гостиную, наверх, к любимому креслу и часам. Белла сказала, что отведет, но прежде Гретта выпьет аспирин.

Та ночь кончилась тем, что бабуля выпила лекарство и уснула в кресле-качалке напротив фамильных часов, которые всегда громко тикали, и выстреливали кукушкой только в полдень и полночь… Она любила засыпать под их отчетливый ход и видеть приятные сны.

Белла не заметила как уснула в их с Гарри спальне. Утром она пришла к матери. Гретта улыбалась с закрытыми глазами в кресле.

– Мамуля! Проснись и пой! Как самочувствие?

Бабушка не шевелилась. Белла коснулась плеча, чтобы привести в чувства. Голова Гретты бухнулась подбородком на грудь, растянув на шее дряблую кожу. Дрожащими пальцами Белла щупала ее пульс.

– И мы рады, – ответил Гарри, поднимая бокал, – правда, Льюис?

15-ти летний сын жевал мамин ароматный пудинг и хлопал глазами на родителей.

– Супер! – пробубнил мальчик и показал большой палец вверх.

Неделю назад в его классе появилась Сьюзи. Поначалу, одноклассники игнорировали девочку, ведь она первая и единственная рыжая во всей школе, и Льюис, чтобы не выглядеть белой вороной, тоже игнорировал, но к концу дня он отчего-то не мог выбросить ее из головы.

Протрещал звонок последнего урока в уходящем году и ученики собирали вещи. Учитель вышел в коридор. Льюис уронил телефон на дно рюкзака и принялся искать, не нашел, а когда поднял голову, увидел что все ушли, и только Сьюзи осталась в классе.

– Ты мне нравишься, – сказала она.

– Мм, здорово, – выдавил Льюис и схватив рюкзак, бросился из класса вон, но влетел в дверь лепешкой и расцарапал лоб. Дверь открывалась внутрь класса, он забыл об этом.

– О чем думаешь, сынок? – спросила Белла, коснувшись его плеча, заглядывая в глаза, – кстати, где ты это так ушибся?

– О пироге, – ответил мальчик, дотронувшись до шишки, – не заметил дверь.

– Итак, – Гарри поднялся со стула. Свет новой люстры играл бликами в толстых стеклах его очков, – я подымаю бокал этого прекрасного морковного сока за нашу семью! Пусть этот год будет лучше, чем старый!

Белла расплылась в улыбке, Льюис налил в стакан колу.

Бом! Сверху из гостиной послышался первый удар фамильных часов.