Николай Самохин. Том 2. Повести. Избранные произведения в 2-х томах

Кроме того, разочка два-три на поворотах соскочит штанга – так что кладите все тридцать. Поэтому сейчас постоим спокойно, через пару остановок помаленьку начнем пробиваться вперед, а там поменяемся местами, и вы…

Дядька суеверно посмотрел на меня и так яростно полез вперед, словно троллейбус охватило пламя. Меня он зацепил плечом, продавил до середины вагона и опрокинул на колени какойто старушки. «Нет худа без добра, – подумал я, тыкаясь носом в хозяйственную сумку. – По крайней мере – продвинулся».

– В центре сходишь, сынок? – улучив момент, спросила старушка.

– Отдыхайте, мамаша, – еще четыре остановки, – буркнул я.

Старушка поднялась, как загипнотизированная, прижала к груди сумку и молча стала проталкиваться вперед. Я с трудом вывернулся, работая одновременно на кручение и изгиб, и в результате расположился спиной к движению. Теперь передо мной оказалась миловидная дама. У нее был спокойный профиль, трогательные ямочки в уголке рта, розовое ушко застенчиво выглядывало изпод берета.

«Интересно, – подумал я, – правда это или нет: если долго и пристально смотреть на человека – он должен почувствовать взгляд и обернуться?» Дама почувствовала. Она медленно повернула ко мне лицо и спросила:

– Через одну сходите?

– Да… То есть нет, – смешался я.

– Так что же вы стоите! – вспыхнула дама, – Стоит, как пень! – И нанесла мне короткий, но чувствительный удар бедром.

– Граждане, пройдите вперед! – крикнула кондуктор.

Я послушался совета и немножко прошел. Тем более что миловидная дама как раз расчищала дорогу, энергично раздавая удары направо и налево тем самым способом.

Я бочком продвигался вперед и все время слышал, как меня неотступно преследует какойто возбужденный гражданин. Когда мы остановились, гражданин положил подбородок мне на плечо и жарко зашептал:

– На следующей схоишь?

– Схожу! – сказал я, чтобы отвязаться.

– А он схоит? – спросил гражданин, указав глазами на впередистоящего.

– Почем мне знать? – огрызнулся я.

– А ты спроси, – настаивал гражданин.

Я спросил. Впередистоящий пообещал сойти.

– А перед ним схоит? – не унимался гражданин. Тот, что перед ним, тоже выходил.

– А дальше схоют?

– О, черт! – остервенился я и, расшвыривая локтями пассажиров, полез вперед.

Я добрался до самой кабины водителя и приник к ней спиной, втянув живот и распластав руки.