Дневник пилота Машины времени. Сборник повестей и рассказов

– Ты не изменилась.

– А ты… ты изменился.

– Я знаю… Ты помнишь?..

– Сильвио, я предпочитаю предаваться воспоминаниям молча… Помню! Я всё помню!

На следующий день он приехал к нашему дому и ждал моего появления.

Мы не договаривались о свидании. Но я вышла…

Да вылетела я из дома, как баба Яга на метле! То есть с метлой. Мол, собиралась подмести дорожки в саду. А тут он…

Ах, какая неожиданная встреча!..

С этого момента началось моё взросление. И как-то уж очень стремительно началось.

В «Чёрном мустанге» мне и моим подругам приходилось терпеть взгляды голодных дальнобойщиков, заезжавших в город из Мексики. Они, не стесняясь, делали предложения фривольного характера, «лапали» и обижали неприличными жестами. Однако там у нас были защитники, наши одногодки-одноклассники, которые наказывали обидчиков разбитыми фарами и проколотыми колёсами. К тому же шериф Клиф Стоун, объезжая городской квартал, навещал заведение Ронни и в качестве гаранта нашей безопасности выпивал с нами чашечку «родео».

А что было в тот день?

А в тот день Сильвио катал меня по городу, по пригородной прерии. Вечером он пригласил меня в ресторан, и мы пили вино. Потом ночная поездка к озеру…

Помню, как огромная луна отражалась в идеальной водной глади, как в горячем воздухе что-то стрекотало, а в воде что-то плескалось…

Сильвио, хоть и торопыга, со мной обращался нежно, не спеша. Мы сидели на берегу. Он обнял меня и впервые за время знакомства поцеловал. Сначала в щёку.

Я уже целовалась с одноклассниками. В шутку конечно. Без каких-либо последствий.

Я рассмеялась. А Сильвио посмотрел на луну, прижал меня к себе сильной рукой и поцеловал по-настоящему…

Во мне что-то заиграло, затрепетало и потянуло вверх, к звёздам, к бесстыдно глядящей на нас луне…

Короче, это произошло именно в ту лунную ночь.

Произошло с мужчиной, который сидит напротив меня и, наверное, вспоминает наше первое свидание.

А может быть и не наше, и не первое. Сколько их было у него?..

Я запретила Сильвио говорить об этом вслух. Это кладовая моих личных воспоминаний. Для посторонних они – табу.

Да-да! Я была юна и по-детски счастлива. Потому что любила. Первый жизненный опыт, как эталон первой любви, я до сих пор никому не позволяю поменять. Ему нет замены.

Первая любовь, первый мужчина, первый ребёнок…

Ну да! Остальное – вторично.