Параллельное дознание

Стояла рядом и некоторое время наблюдала, как я мучаю биона, выпытывая у него тайны устройства устаревшей модели привода антиграва, и какое количество композитной смазки необходимо для пульта управления. АрТиСи монотонно озвучивал главы из инструкции по применению. Я вникал. А Веста попросила меня наклониться к ней и шёпотом спросила:

– Дедушка Ваня, ты хочешь быть моим папой?

Выслушивая монотонное бормотание биона и вникая в озвученную им информацию, я не сразу понял услышанное от девочки – то ли вопрос, то ли тайное пожелание – и неосознанно ответил:

– Конечно Веста! Иди, не мешай мне заниматься ремонтом!

– И я хочу!

Веста улыбнулась, чмокнула меня в небритую щёку и убежала.

Потом АрТиСи провёл для меня экскурс по инструкции к телепортану Радмилы. После этого я вывел из ангара отрегулированный с помощью биона семейный пятиместный антиграв и намеревался прогулять детей и Радмилу под дождём в Сырую пойму, но меня позвали к обеденному столу.

Веста и Санька решили иначе.

Затянувшиеся муссонные дожди нам всем надоели, и дети предложили совершить вояж в рассветное солнечное утро к озеру с водопадом. И чтобы невысокие горы с тропинкой к воде, и чтобы небо было чистым, а над озером и водопадом туман. Или спустившееся с гор белёсое облако…

Это пожелание было высказано АрТиСи, и тот за пять минут отыскал на Аргентине прелестный уголок в горах Чили. Над этим материком рассвет только начал созревать. Остывшее ватное облако сползло по склону и по многочисленным струям-водопадам в миниатюрное озерцо, спрятанное среди разрушенных водой и ветрами скал.

И всё это словно ожидало нашего присутствия.

До рассвета ещё было время, и нас потянуло в ущелье к озеру и водопадам. Телепортан мы оставили на плоском уступе, возвышавшемся над водной гладью озера, а сами спустились к берегу, усыпанному галькой.

И, конечно же, нас потянуло к падающим в туман струям. Их я насчитал десятка два. Они словно замерли в полумраке, и шума воды не было слышно.

Совсем. Мне даже показалось, что струи замёрзли и поэтому не издают шума. Однако пенящиеся брызги, сопровождавшие потоки, говорили обратное – водопады живы, они с рёвом врезаются в спрятанную под туманом водную поверхность. Но туман так плотен и вязок, что гасит этот рёв и грохот.

До струй четверть мили. И мы пошли, хрустя галькой, погрузившись с головой в вязкий прохладный туман.

Минут пять так шли, не меняя курса.