Выживание

Он смотрел на сложные переплетения водосточных труб и канализации, всегда сравнивая их с организмом человека.

Жизнь – как система коммуникаций. По одним трубам течёт говно, по другим – живительная влага. Система строго выстроена и способна существовать только так и никак иначе. С течением времени система деформируется и, непременно, разрушается. Её можно подлатать, но, рано или поздно, сколько ни ремонтируй, она придет в негодность…

Сигарета обожгла пальцы. Такое часто случалось, когда он о чём-то задумывался или отвлекался.

Собравшись с мыслями, Виктор взглянул на часы и поспешил завершить работу. Оставалось сделать очередной поход, длиною в восемь подвалов. И, если не случится ЧП, то после обеда в его распоряжении будет целых полдня. Виктор знал, на что он их потратит. По обыкновению, ни на что… Он завершил работу и погасил в подвале свет.

Глава 2

Лихорадочно нажимая кнопки, Корней переключал одну радиостанцию за другой. Наконец, смешение ритмов и басов в его автомобиле превратилось в привычное уху сочетание, и очередная модная западная композиция наполнила салон начинкой, выделяющей его, Корнея, из общей массы людей.

По крайней мере, сам Корней так считал.

Он вообще всегда и много чего считал. Его синий BMW как индикатор заслуг, безусловно, с ним соглашался.

Привычка быть успешным, многообещающим и работоспособным впиталась с молоком матери, умудрившейся назвать чадо в честь известного детского писателя. Ненавидя себя за имя, Корней всячески пресекал попытки мальчишек во дворе дразнить его, завоевав тем самым среди них авторитет.

И сейчас, выступая в роли заместителя генерального директора текстильного предприятия, он буквально руками ощущал свой успех. Мягкое покрытие руля с подогревом незаметно давало ощущение превосходства над окружающим дождливым миром.

Наехав на лужу, он обрызгал прохожего, мысленно при этом матерясь. Ему хватило несколько непродолжительных секунд для того, чтобы вновь сосредоточиться на своих мыслях.

До работы оставалось не более пары километров.

Нажатие педали тормоза стало моментом инстинктивным; когда красный сигнал светофора остановил автомобиль на перекрёстке, он почувствовал легкую вибрацию кресла.… Сосредоточился.

Внезапно, внимание Корнея привлёк маленький школьник, усердно вымеривающий ногами тротуарную плитку. Лёгкая улыбка озарила его лицо. То ли это тоска по прошлому, то ли снисхождение? Хотя, Корней и сам понимал: улыбка – дежурный структурный элемент его повседневной работы.