Ангел

Папа быстренько сгонял на кухню и принёс первую кастрюлю. Соседка сначала обдала ванночку кипятком, потом заткнула пробку и вылила остатки воды. Папа слетал за второй кастрюлей.

– Вот смотри, – сказала Тамара папе, разбавляя кипяток холодной водой. – Капаешь себе на запястье: если не горячо, значит, температура какая должна быть.

Они навели воду, и соседка пошла за ребёнком. Папа ждал в ванной.

Вошла Тамара, бережно придерживая на левом предплечье раздетого малыша, следом – взволнованная мама.

– Ути-бусинки, – ворковала улыбающаяся соседка.

 – Сейчас мы купаться будем, сладенький мой. Да? Ути, маленький. Мамка и папка твои боятся, первый раз. А чего бояться? Да?

Аккуратно придерживая головку младенца, она опустила его в воду. Не понимая, что происходит, он насторожился.

– Купы, купы, – ласково ворковала Тамара. – Да? Купаемся, сладенький.

Придерживая левой рукой головку малыша, она зачерпнула правой кистью немного воды и аккуратно полила на него.

– Купы, купы. Смотри, как здорово.

Да? Тёплая водичка, с гуся – вода, с нас – худоба. Купы, купы.

Ребёнок, почувствовав тепло воды и слыша ласковую речь, расслабился и заулыбался.

Папа и мама от умиления чуть не плакали.

– Мой хороший, – продолжала ворковать Тамара. – Нравится купаться, да? Нравится. Молодец!

Купание продолжалось минут семь. Разомлевшего малыша завернули и отнесли спать.

Мама и папа сердечно поблагодарили Тамару.

– У-у, да чего там, – радостно сказала она. – Зовите, если что. Я люблю с маленькими пестаться.

Она приходила ещё несколько раз, а потом папа и мама, освоив технологию, стали купать малыша сами.

Пришло время прогулкам. Ребёнку подвязывали свежий подгузник, заворачивали в тонкую пелёнку, стёганое одеяло стелили ромбом на стол, сверху тёплую пелёнку, верхний угол подгибали назад. Клали на него младенца, нижний угол – вверх, закрыть ножки, потом запахивали левую и правую половинки одеяла, и получался конверт с малышом внутри. Фиксировали всё лентой – и готово: или к походу в поликлинику, или на улицу.

По будням младенец дышал свежим воздухом у открытой форточки, спустить тяжёлую коляску с ребёнком вниз маме было не под силу. А по выходным по часу и больше с сыном на улице гулял папа, а мама отдыхала.

…На четвёртую неделю малыш поднял голову и попытался перевернуться. Он уже различал цвета, разглядывая игрушки над головой, и что-то ворковал. Узнавал лица мамы и папы, угадывал их голоса, и это очень веселило его.