Какого лешего?!

А там уже его и одолеть будет проще простого.

– Весьма трезвый подход, – оценил Рюмашка «пьяную» идею лешего, делая вид, что не понимает к чему клонит Бульгун. – Ну и причем тут я?

– Как причем?! Кто как не вы злыдни, лучшие в этом деле мастера, способные напоить любого человека, до, как вы сами выражаетесь, «зеленых человечков»! Ты мне как раз и нужен, чтобы помочь споить ведьмака.

Дальше делать вид, что якобы ничего не понимает, Рюмашка уже не мог по вполне понятным причинам, но надо было как-то так деликатно отказать, чтобы не обидеть лешего.

Все же тот ему когда-то буквально жизнь спас.

– Извини, Бульгун, не могу. Однажды, да ты и сам знаешь, я вот также по простоте своей напоил одного человека, так потом всю зиму в дупле у тебя в лесу заместо кукушки куковал. Нынче, не дай род что, мне уже некуда будет податься, у тебя то и леса уже нет.

Ничего не скажешь, деликатно отказал злыдень, резанул лешему ухо, и рану душевную вновь растеребил.

– Да и страшно мне, честно говоря, – признался-таки Рюмашка, видя, как помрачнел леший.

 – Ведьмак ведь не обычный алкаш, не даст так просто себя вокруг пальца обвести. Встрянешь ты с ним и я вместе с тобой, если пойду. Вместе встрянем.

– Так ты пойдешь или нет? – спросил угрюмо леший, который не получил внятного ответа, пойдет с ним злыдень или нет. Без Рюмашки его план не стоил и чеканного гроша, который ведьмак по старой традиции бросит на оставшееся от Бульгуна мокрое место.

– Прости… п-п-приятель, – заикаясь, впервые в свой долгой жизни произнес новое слово Рюмашка.

 – Я не трусло, но… не мое это ремесло.

Бульгун тяжело вздохнул и в сердцах передразнил:

– П-п-понятно все с т-т-тобой, п-п-приятель.

Получилось очень даже обидно, настолько обидно, что лешему стало неудобно.

– Ладно, покедова! Живи в своем свинарнике и радуйся жизни. За меня не переживай!

Бульгун вылез через щель в стене наружу, на свежий воздух, и направился к лесу.

– Обожди-ка, Бульгун! – злыдень догнал лешего около плетня.

– Что ещё? Совесть заиграла? – пришла пора невесело потешаться лешему, поглядывая сверху вниз на виновато стоящего перед ним низкорослого Рюмашку.

– Нет, не заиграла! – искренне ответил злыдень. – А что это такое, совесть?

– А-а, для тебя это неважно! – махнул рукой Бульгун. – Так что тебе надо?

Рюмашка потешно ощерился, оголив передние резцы, из-за чего стало совершенно не отличить его от обычной крысы.