Какого лешего?!

Легко сорвав сургуч и выбив пробку, ведьмак налил в вина серебряный кубок (посуда была предоставлена шинкарем тоже из отдела «для дорогих гостей»), поднял его и втянул расширенными ноздрями восхитительное амбре напитка, в букете которого угадывались легкие ароматы цветов и ягод винограда, осенних тягучих ливней и летних душистых ветров.

– Прекрасное вино, кабатчик! Твое здоровье!

Ведьмак поднял кубок в знак уважения к радушному хозяину, и, кивнув угодливо улыбавшемуся шинкарю, сделал первый глоток.

Это было просто восхитительно, чудесно, прелестно в конце концов!

Во рту вино и вовсе вызывало необыкновенные ощущения, то ли осязаемую благодать, то ли воплощенную радость.

– Не вино, а просто само олицетворение прелести, хозяин! – крикнул ведьмак шинкарю и медленными глотками с наслаждением осушил бокал.

Посмотрел на кубок, сравнил его объем с кувшином и прикинул, что где-то всего на один бокал, может чуток больше, в кувшине осталось. Жаль, конечно, но большего и не надо.

Ведьмак был не дурак и не жаловал особо спиртное, если только вот такое вино, и то лишь пару бокалов, для аппетита. Вот этот кувшин допьет и больше ни капельки.

Твердой колдовской рукой бокал наполнился вторижды.

– За здоровье твоей жены, кабатчик! – оглянулся в сторону стойки ведьмак и вновь смочил горло волшебной жидкостью.

– Ага, спасибо! И вам не хворать, ваша светлость! – кисло улыбаясь, откликнулся из-за стойки кабатчик, наблюдая как в два присеста исчезает его самое дорогое вино, последнее из припасов такого эксклюзивного класса.

И ведь ещё не факт, что ведьмак заплатит хоть ломанный грош за все это удовольствие.

Оторвав крепкими зубами хороший кусок мяса от запеченного бараньего бока, ведьмак решил слить остатки вина в кубок. Слил и удивился. Кубок до краев полнехонький и в кувшине ещё на дне плескается. Видать кувшинчик тонкостенный, вот и неправильно он к нему примерился. Ну да это даже лучше. Почему хорошего винца не хлебнуть чуть больше нормы слегонца!

– За здоровье твоих детей! – воодушевленный прекрасным вином, ведьмак обернулся к кабатчику и даже привстал из уважения, чего с ним ранее не бывало.

Видать благородный напиток и чувства пробуждает благородные.

Ведьмак с упоением ухнул третью чарку.

– У-ух! – выдохнул запальчиво ведьмак.

На секунду ему показалось, что в чудесном вкусе солнечного напитка, промелькнула нотка горечи.