Бессмертный

Я резко открыл глаза, резко поднялся с дивана и нестройным шагом направился в душ. Вот вам еще одна ирония – я мог не спать вообще никогда, и был бы бодрячком, а вот спросонья все равно неадекват, как и большинство других живых существ. Ничего не вижу, ничего не слышу, где я вообще, черт возьми? Так и вошел в ванную комнату. Открыл дверь помещения, открыл полупрозрачные дверцы душевой кабины (кто вообще додумался делать дверцы душевой кабины прозрачными? Вообще… молодец он!), а там… А оттуда душевым шлангом по голове (кто вообще додумался делать насадки на душевые шланги металлическими? Не правильно это как-то… и больно) и тычок в грудь так, что я поскользнулся и треснулся задом о плитку пола! Освежающе, ничего не скажешь.

– Ты совсем дурак? Чего в душ лезешь? – гаркнула она.

– Ну хоть не в душу, скажи? – усмехнулся я в ответ.

– Очень смешно.

Я сидел мокрый на диване и ждал, пока она выйдет из душа. И вот она вышла. Я знал, что сейчас мне опять достанется и потому заранее смирился.

– Или решил действовать наскоком? – она ехидно усмехнулась.

– Я просто хотел в душ! Кто ж знал, что ты так рано просыпаешься? – Похоже на дешевые оправдания, да? Похоже!

– Так там дверцы душа прозрачные. Ты не видел, что там занято? Да и шум воды не плохой подсказчик.

– Да я даже проснуться не успел, где мне там детали высматривать? – А ведь если бы был чуть пободрей, то, может, и высмотрел бы эти самые детали, а так лишь насадка для душа маячила перед глазами.

– Ладно, черт с ним.

– Я часов до четырех не спал, но ничего не слышал.

– Я до полчетвертого, – невзначай сказал она.

Возникло подобие неловкой паузы. Что, если она думала о том же, о чем и я? А что, если она и сейчас тоже думает о том же, о чем и я? Надо быстро разрядить обстановку. Скажи что-нибудь. Что угодно!

– Что угодно!

– Что? – вздрогнула девушка.

– Я это… в душ.

– А, да, теперь там свободно.

– Я проверю сначала… на всякий случай. – Да, я веду себя очень естественно…

До самого позднего вечера мы попеременно наблюдали в глазок за соседним номером и прислушивались к любым звукам, но все оказалось бессмысленно. За весь день оттуда никто не выходил и туда никто не входил. Я начал высказывать свои опасения по этому поводу. Была мысль, что этот номер снят чисто для отвлечения внимания, а шкатулка, за которой я охочусь, в совершенно ином месте.