Хмарь II. На распутье семи дорог

Как она прекрасна, наша сказочная голубая планета на черном бархате космоса среди бриллиантовой россыпи звезд! А её величественный рисунок рек, морей, лесов и бескрайних полей, прячущихся за густым покровом облаков похожих на горы?!

– Я дома! Я вернулся к тебе, Родина, как и обещал!

Щемящее чувство тоски, мучившее меня последние полгода, ушло, и на смену пришёл восторг. Он как лёгкая искорка возник из пустоты сердца и горячей лавой заполнил мою душу. Незаметно для себя я принялся напевать песню группы «Земляне».

Земля в иллюминаторе видна,

Как сын грустит о матери,

Грустим мы о Земле, она одна.

В эйфории чувств пришли воспоминания последних месяцев.

Мои планы отдохнуть на Земле у теплого синего моря пришлось отложить по требованию мамы. Ничего не поделаешь, почти все мои близкие перебрались на астероид корпорации «Великороссия». Эта огромная каменюка, на которой обосновалась земляне, названа в честь древнеримской (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D1%80%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BC%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%BC%D0%B8%D1%84%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%8F)богини (https://ru.

wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D0%BD%D1%8F) дома и домашнего очага Весты (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B0). Чтобы безжизненный астероид действительно превратился в уютный жилой космический комплекс, потребовалось вложить в него много труда и любви. Зато теперь на нем живут и работают почти полтора миллиона мужчин и женщин и около трехсот тысяч детей.

Встреча с родными после долгой разлуки была трогательной и ликующей. Мне запомнились слезы радости на щеках мамы, крепкие объятья брата, нежные обнимашки родной сестры, и счастливый вопль Листи перед тем как она с разбегу и в прыжке повисла у меня на шее. Вслед за ней меня облепили племянницы, получилась эдакая «куча мала», в которую смело бросились два племянника. Вокруг стоял хохот и веселье, а я боялся пошевелиться, не желая неуклюжим движением разрушить ощущение счастья. Неожиданно «куча мала» рассыпалась, малышня, повозившись со мной, стремглав унеслась к своим родителям.

И не успел я свободно вздохнуть, как мама и Листи, взяв меня под руки, повели на семейные посиделки, вылившиеся в перекрестный допрос.

Особенно «злобствовала» малышня пока их не выгнали погулять. А мне пришлось рассказывать сокращенную версию своих приключений, обходя стороной угрожающие жизни ситуации. Мама, слушая мои басни, недоверчиво хмыкала и хитро поглядывала на меня.