Лярва, или Демоны хотят крови?

Что мы сейчас едим? В продуктах сплошные консерванты и антибиотики! Считай, мы сами себя заживо консервируем! А то, что просто остановилось сердце – такое бывает! Устал человек! От психологического состояния продолжительность жизни тоже сильно зависит.

– Но последней девушке всего восемнадцать лет было и, судя по экспертизе, она была совершенно здоровой! – не унимался Иван.

– Ну и что? – спокойно ответил Дмитрий Андреевич, убирая ключи в карман. – Даже с детишками такое бывает.

Беседой с патологоанатомом Иван был, с одной стороны разочарован, а с другой, он прекрасно понимал, что Дмитрий Андреевич действительно выполнил свою работу, какие ещё могли быть вопросы? Оставалось надеяться, что Гена и Надя дадут какую-то полезную информацию.

На следующий день в двенадцать часов дня, вернее, в десять минут первого, на пороге кабинета Ивана появился Гена. Это был высокий худощавый парень. Рыжий, с выдающимся, как у Жана Рено, с горбинкой, носом на узком лице и бегающими светло карими глазами. Он постоянно дёргался, словно у него в задницу было воткнуто шило, которое не давало ему покоя.

Гена, как и большинство молодых людей, тех кому до двадцати пяти, был одет в броскую, жёлтую с красной надписью ”Fuck yourself”, футболку. На нём были надеты узкие, с заниженной талией, джинсы и довершали ”стильный наряд” высокие не зашнурованные яркие кроссовки. Внешностью Гены Иван остался ”доволен”. Именно так он его себе и представлял.

Парень вошёл и, топчась у входа в кабинет, бегая глазами то по полу, то по обстановке кабинета, неловко поприветствовал Ивана громким низким голосом:

– Здрасьте!

”Однако, сам ты более робкий, чем твой наряд, – подумал Иван, глядя на нерешительность юноши.

 – С тобой, похоже, проблем не будет”. Не вставая из – за рабочего стола, следователь поздоровался и жестом пригласил молодого человека садиться на обитый кожзаменителем диванчик, который стоял у стены кабинета, как раз напротив стола Ивана. Он специально выбрал такую тактику, заметив, что парень уж слишком нервничает, чтобы тот немного расслабился и успокоился.

– Ты не нервничай, – успокоил Гену Иван. – Я, пока, с тобой хочу неофициально побеседовать. Так сказать: ”не для протокола”. Так что, расслабься!

Казалось, слова Ивана подействовали, Гена тут же как-то, словно обмяк и даже его лицо перестало выглядеть таким узким, а нос, будто бы немного отступил назад.

– А я и не нервничаю, – попытался с достоинством ответить юноша, что у него не очень получилось.