Дамба

Заместитель Ахмеров не должен ничего знать. Слишком торопится в последнее время…»

Бывший контрразведчик закрыл дверь кабинета, спустился со второго этажа и на улице столкнулся с Ахмеровым.

– По поводу запроса, – не сдержался он всё же. – Напомни-ка мне, Дмитрий Иванович – что за организация, и какой у них к нам интерес.

– Да зелёные это, – ответил заместитель, вертя головой, словно скаковая лошадь.

– Не понял, разъясни…

– Ну, эти. Которые охраной природы занимаются. Обещали помочь с финансами. Им нужны документы для обоснования своей политики.

Их мировое сообщество спонсирует.

– Гринпис, что ли?..

Ахмеров крутнул головой и шаркнул подошвой.

– Он самый…

– Меня не будет. Я в «поле».

– На счёт этих, что ли?

– Ты правильно понял, – сказал Михаил Степанович, с удовольствием отмечая, что ответ явно заинтересовал заместителя. Тот даже ногами дрыгать перестал.

Вишнёвая «Гранта» поджидала хозяина на служебной парковке. Осадчий сел в неё, выехал на улицу Шофёров, повернул направо и пошёл Карасёвкой через болото, потом – на Верхнюю Часовню.

Наступала середина мая. Тополя только что распустились. Смолистые чешуйки лежали по всей округе. Поднявшись на Верхнюю Часовню, он вышел на промышленную площадку. Оттуда повернул на проспект Созидателей – вот вам и Новый город.

На всё ушло каких-то всего полчаса. Искомым адресом оказалось жилое здание в шестнадцать бетонных этажей и с одним подъездом.

Михаил Степанович вышел из машины, включил автосигнализацию, поднялся на крыльцо.

Судя по номеру помещения, обозначенному в запросе, офис странной организации располагался на самом верху. Высоко «зеленые» забрались – травяные, изумрудные, малахитовые. Как ни назови – всё один цвет будет. Только бы лифт в «небоскрёбе» работал.

Осадчий приблизился к лифту и плюнул с досады: на двери кабины висела картонка с лаконичной надписью: «Ввиду бесконечных хищений моторов, подъёмная система в ближайшее время работать не собирается. Администрация».

И Михаил Степанович, глубоко вздохнув, медленно поплыл вверх.

Хорошо ему, худому и лёгкому. Но каково старушкам? А так же и старичкам? По пути Осадчий настиг одного такого. Тот стоял на четвёртом этаже, тяжко дыша. Приехал, кажись. Клюв нараспашку, как у того желторотого, который выпал из гнезда по случайности.

– Давай, дедушка, помогу, – предложил Осадчий, замедляя ход.

– Это ж надо, чё деется, – изумлялся дед. – Который раз моторы воруют. От дверей. Побирушки нищие.