Рубежье

– Юнга, ты что, идиот?! Там только одна оптика на пятьсот упсов потянула бы.

– Кент, прежде чем оценивать мой ай-кью, не хочешь спросить, кто мне такой обмен предложил?

– Кто бы он ни был, явно не прогадал.

– У него ранг – десятник. Думаешь, я сумел бы ему отказать?

– Десятник?! Ты с перепугу ничего не перепутал?

– Мне зачли победу над высокоранговым противником, хотя сам он вешал лапшу, что мечтает о седьмой ступени.

Наставник застыл на месте, уйдя в себя. Затем задал совсем уж неожиданный вопрос:

– Ты ручей еще не переходил?

– Нет, не успел.

До него мы несколько шагов.

– Молодец! За ним дорога становится опасной.

– А перед ним?

– В середине лета встретить тут по-настоящему опасного хищника сложно, – ответил Кент на автомате. Мысли его, похоже, были заняты другим.

– Почему?

– Фиолетовые цветы видел?

– Да, повсюду.

– Поговаривают, что местной живности не нравится их аромат, – задумчиво произнес он и снова вернулся у прерванной теме. – Слушай, а этот десятник о чем еще с тобой говорил?

– Удивлялся, почему его отправили по моим следам.

– Вот именно, что по твоим, – с неудовольствием согласился наставник. – И меня это бесит.

– Похоже, я здорово не понравился вашей системе. Только понять не могу – чем конкретно?

– Это тебе десятник сказал?

– Намекнул вскользь, когда я о договоре обмолвился, – эту мысль я хотел донести наставнику и раньше, но не как свою. Сейчас подвернулся удобный случай.

– Может он и прав, – кивнул боцман.

 – Отправлять десятника, чтобы помешать новичку? Жаль, мы не знаем, кто стал посредником между десятником и системой, и под каким соусом оформлен заказ на тебя, юнга.

– Кент, скажи, а разве не система управляет тем, что у нас в крови?

– Лишь частично, – после небольшой паузы ответил он. – И чем выше ты поднимаешься по ступенькам, тем более автономным становишься. Дмилыч, как сам думаешь, почему десятник отказался от задания? Раз уж он последовал за тобой, мог действительно покалечить. На лечение бы ушло время, и тогда ты точно не успел бы выполнить договор в срок.

– Мужик был возмущен, что его используют втемную, поэтому и ушел. С собой забрал только обрез.

– Приходил один, без подельников?

– Мне показалось, подельники понятия не имели, кто он. Наверняка думали, что ополченец.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.