Кубанский огонь

Уже тридцать человек городовых подали рапорты на увольнение. Пока добавочные деньги не вернут, так и будет продолжаться. Как их просить о помощи, когда такое дело?

Лыков опешил. Кубанская область – первая в империи по бандитизму. До сих пор в степи носятся кровавые шайки, вырезают целые семьи. А городская дума именно в это время решила сэкономить на полиции. Что за глупость?

– М-да. Но вернемся к Вариводе. Обратите внимание, как быстро он набирает сообщников. Вы изловили почти всех, кто грабил вместе с ним банк в Новороссийске.

А у него уже новая команда. Сколько их было на хуторе Гиля?

– Восемь, считая атамана.

– Меньше чем за месяц разжился новыми волками.

– Он теперь при деньгах, – подал голос Корж. – После банка остались, нанимай не хочу.

– Да, но как может в таком городе, как Екатеринодар, много лет прятаться бандит такого калибра? Сто тысяч населения, все на виду. Или почти все.

– Мы уже думали, – вздохнул Пришельцев. – Думали-думали, аж голову сломали. И решили, что объяснение только одно.

Алексей Николаевич навострил уши:

– Ну-ка?

– Кто-то его укрывает. Не в задних комнатах ренского погреба он живет сам-восьмой, и не на постоялом дворе, где хозяин – скупщик краденого. Будь так, мы его давно бы изловили. Есть у Вариводы настоящее лежбище, хорошо спрятанное, куда полиции ходу нет. Он оттуда выскакивает, грабит-режет, и опять назад.

Питерец обдумал услышанное, потом стал задавать уточняющие вопросы:

– Что это может быть за берлога?

– Обычно жулики, провернув дело в Екатеринодаре, бегут из него в одно из трех мест: или Армавир, или хутор Романовский, или станция Тихорецкая.

Все три – огромные притоны. Но… концы большие. Если же Варивода прячется здесь, то…

Начальник отделения стал загибать пальцы:

– Или хутор близко за выгоном, или в самом городе особняк, на который никто не подумает, что там живет кодла головорезов.

– Я несколько раз ловил такие банды в рабочих казармах, – вспомнил Лыков. – В Киеве на кирпичном заводе при Лавре целая шайка убийц скрывалась.

Управляющий заводом был их главарь, паспорта содержались в порядке. Другой раз в Семипалатинске на винокуренном заводе. А в Петербурге, в самой столице, команда бывших пленных японской войны пряталась при Чесменской военной богадельне.

Александр Петрович оживился:

– Вот это хорошая подсказка!

Он повернулся к своим:

– Ребята! Все думаем в этом направлении и составляем список подходящих мест.