Рубежье 2

– Согласен. Сколько это будет стоить?

– Исходя из того, что я предлагаю одежду лучшего качества, стоимость – полторы тысячи. Можно наличными, мы разницы не делаем. Но, ежели оставишь свой старый наряд магазину, сойдемся и на тысяче.

У меня глаза полезли на лоб, ведь я собирался сразу выбросить разодранную зловонную одежду. Естественно, никто не откажется от большой скидки. Мучил только один вопрос: почему? Впрочем, недолго. Ведь после разделки гипноудава ни одна тварь на меня не кинулась. Видимо, все дело в запахе.

Выходит, зверушка действительно была крутой, если даже гадоящеры сразу покинули полянку, а другие любители свежего мяса не рискнули перейти мне дорогу. Наверняка пропитанная ее слизью ткань пойдет на спецзащиту одежды. Только вот я ни за какие деньги не хотел бы ходить в таком! Даже ради самой безопасной безопасности.

– Слушайте, мне надо хотя бы помыться. Вы когда подготовите одежду?

– При магазине имеется парочка номеров с нормальным душем. Можете остановиться на ночь всего за пятьдесят упсов.

Я, конечно, очень спешил, но ради хорошего мытья и сна в обычной постели, был готов немного задержаться.

Интерлюдия 3

После возрождения, которого не должно было произойти, Кент ощущал себя паршиво, словно сам убил ученика. До сих пор из головы не выходило бурное расставание с Ларикой.

Когда девушка осознала, что Дмилыч больше никогда не появится в интерфейсе, она в отчаянии наговорила много обидных слов и убежала.

Бывший боцман лежал на раскладном диванчике и под шум закипающего чайника сосредоточенно изучал потолок.

Такая незамысловатая процедура больше всего способствовала мыслительному процессу:

«Но я же не просил его отдавать мне свою стадию возрождения! Будучи мертвым, это вообще нереально, разрази меня штиль! До сих пор не могу сообразить, как ему, ополченцу, удалось такое провернуть. Слухи, конечно, ходили, что имеются в Рубежье спецы, способные на подобный трюк, но у них цены с пятью нулями, да и сами кудесники почти полсотни ступеней преодолели.

Неужели тот сбой в его собственной нейросети, о котором Дмилыч упоминал, позволил чудеса творить? Тогда почему его самого не уберег? Эх, была бы хоть малейшая возможность, все бы упсы отдал, в долги бы залез, себя бы продал, но ученика вернул. Ведь, по большому счету, Ларика, даже не зная всего, права – именно я виновен в смерти парня. Кто затащил его в этот мир, заставил идти на Плато сокровищ, подставил под удар Георга?»

Кент вернулся в Рубанск лишь позавчера.