Взаперти

Взять негодяя и засадить его! Конечно, ту схватку в Первопрестольной не предъявишь: свидетелей нет. Но хоть за проделки с оружием наказать. Глядишь, еще что-нибудь найдется, так и натянем на каторгу, думал сыщик. Только надо сцапать Вовку самому. Это и будет месть.

Лыков с помощником стали думать над операцией. Людей Филиппова решили не привлекать, обойтись служительской командой Департамента полиции. Там народ калиброванный, и не таких вязали… Сыщики сходили в Ропшинскую лавру, загримировавшись под жуликоватых евреев.

Приценились к квартирке на втором этаже, поцокали языками: дорого! А заодно провели рекогносцировку местности. Шайка Мохова проживала выше этажом. Один из нее попался полицейским на лестнице – типический злодей. Крупными буквами на лице написано, что с таким в глухом переулке лучше не встречаться. Парень тащил наверх корзину с пивом, из батареи бутылок торчало горлышко с белой головкой[17 - Водка с белой головкой была дешевле и хуже по сравнению с так называемой красной головкой.]. Он недовольно покосился на «иудеев», буркнул:

– Христа распяли, сволочь…

Сыщики вжали головы в плечи и засеменили вниз.

Когда они вышли за ворота, Алексей Николаевич деловито сказал:

– Сейчас же.

– Чего тянуть? – поддержал Сергей. – Там пива штук двадцать. Водкой разбавят – самое время пеленать.

– Вызывай ребят.

Азвестопуло зашел в аптеку, телефонировать в департамент. Лыков прогуливался по тротуару. В нужном им подъезде кто-то переезжал. Артельщики сновали туда-сюда, таскали скарб.

Подкатил ломовик, крепкие мужики потащили наверх мебель. Люди занимались своим делом, все было спокойно. «Даже хорошо, что переезд, – подумал статский советник. – Отвлекут внимание, среди такой толпы легче затеряться».

Вышел Азвестопуло и доложил: арестная команда прибудет через час. Сыщики быстро ушли прочь от дома, некоторое время слонялись в окрестностях. На двух иудеев не обращали внимания, разве что дворники подозрительно косились.

Через час за углом лавры встали три пролетки. Вышли шесть дюжих мужчин, неброско одетых, с заурядными лицами.

Старший, неимеющий чина Александров, доложил статскому советнику:

– Участковый пристав предупрежден и явится через десять минут с нарядом городовых.

– Начинаем немедля, – приказал Алексей Николаевич. – Я подымаюсь, стучу в дверь и ровно через три минуты выхожу обратно. К этому моменту вы уже должны стоять на площадке. Я открою – вы сразу внутрь!

– Слушаюсь.

– Там четверо или пятеро, не очень опасных.