Варшавские тайны

Едва он успел вернуться в шинельную, как в коридоре послышались шаги и голоса.

– …Упрямый такой, вашество! Двугривенный не взял! Веди, грит, барина, и точка.

– Ну и останется, дурак, без награды.

Лыков шагнул навстречу, схватил лакея снизу за бороду и шваркнул головой о стену. Тот и охнуть не успел… Взяв в охапку барина, сыщик выволок его под лампу и внимательно рассмотрел. Вот ты какой, загадочный кукольник! Ример действительно оказался щуплым старикашкой с обильной лысиной. Глаза у кукольника, правда, были не властно-высокомерные, а испуганные.

– Кто вы? Что это значит? – захрипел он в медвежьих объятиях сыщика.

– Я ведь тебя, скотина, предупреждал: если что случится с Павлом Афанасьевичем – убью! Было?

– А… вы… какое право…

– Я Лыков.

Ример сразу обмяк. Алексей взял его за бритый подбородок, задрал голову вверх. Он был в бешенстве. Ему хотелось удавить негодяя так, чтобы тот перед смертью подольше мучился. Ведь этот сморчок чуть не погубил Благово! Его, Лыкова, наставника и учителя, второго отца! Пальцы сами собой стали сжиматься на горле.

Вдруг сзади послышалась возня. Не разжимая рук, сыщик оглянулся. Камердинер сидел на полу и хрипел, пытаясь подняться. Алексей не спеша подошел, волоча за собой пленника. Постоял, примерился и врезал ливрейному каблуком в переносицу. Тот повалился замертво.

– А скажи-ка мне, кто тебе помогал, – снова обратился Лыков к тайному советнику. Но их опять прервали: из кухни выполз парень в кубовой рубахе.

– Тьфу! И поговорить не дадут!

Сыщик оплеухой сбил Римера с ног и быстро разделался с его охранником.

Добавил за компанию и лакею в коридоре, чтобы уж больше их не прерывали. Потом отволок пленника в кабинет.

– И про морфинистку не забудь, и про барона.

Ример глядел с ужасом и булькал горлом.

– Там… деньги, много денег… Вот, в столе и в шкатулке еще! Все забирайте и уходите… пощадите старика!

– Лучше покажи мне письма. Те, что ты получаешь из Берлина, из Лондона.

– Все покажу! Все!

– Начни, знаешь, с той бумаги, что я посылал тебе.

Помнишь?

Письмо-угрозу нужно было забрать из квартиры в первую очередь.

– Да, сию секунду! Она здесь, в секретере… Вот, извольте! Берег, как чувствовал…

Лыков отпустил пленника и развернул четвертушку бумаги. Да, это его записка! Вдруг краем глаза сыщик уловил движение и едва успел отшатнуться. Вспышка выстрела ослепила его, пороховые газы обожгли щеку. Лыков наугад сунул кулак – и попал.