Эпоха золотой розы

Но если я смогу объединить под своей властью всех мужчин и всех женщин, то им некого будет ненавидеть. В мире и согласии они останутся прежними.

– Хорошая мечта, – откликался Тень. – Вот только твой отец хочет, чтобы ты был карою для Первого Народа. Он не хочет, чтобы ты был им царём.

– Я ослушаюсь его, – очень тихо, почти шёпотом отвечал Адрион, будто сам страшась собственной мысли. – Он увидит и поймёт, что я прав. Я объединю народы Асхайина. Не только демоны, но и алтеиды и даже крылатые ангелы пойдут за мной.

И тогда отец признает мою правоту.

Летосу так хотелось ему верить. Летосу так хотелось верить в него. Но он знал: судьба брата не в том, чтобы объединить народы. Он был рождён, чтобы расколоть весь мир. Но порой Летос ловил себя на мысли, что смотрит на Адриона столь же заворожённо, как это делают алтеиды, приходящие в Джосхару.

Наверное, поэтому даже своему брату он не рассказывал о Замбулле. Летос хотел сбежать, но не знал куда. Он никогда не поднимался по семи ступеням Джосхару.

Даже небо и свет солнца он видел лишь с самого дна чёрного города. Он не смог бы пройти мимо полчищ демонов, которые живут там. Поэтому он стал искать убежище глубоко под землёю, забираясь всё дальше и глубже по расщелинам и пещерам. Он спускался до тех пор, пока не вышел к безграничному океану первозданного Хаоса.

Летос знал, что именно из этого океана его отец сотворил мир, который остался над его головой. Но знал Летос и то, что в его собственных жилах заключена сила мироздания, доставшаяся ему по наследству.

Тогда воздел он руки и призвал из пучин Хаоса новый мир. Возникли новые земли под его ногами. И новые облака поплыли под твердью Эренхара.

Так родилась Замбулла. Летос укрылся здесь, не желая больше возвращаться в тот мир, где он – лишь Тень. В том мире он не ведал иной жизни, кроме презрения. Он хотел остаться здесь, в своём одиноком крае, полном тишины и покоя. Но Селехэт шла ему навстречу…

Она была единственной, кто ступал по земле Замбуллы, кроме самого Летоса.

И хоть фигура Селехэт была так далеко, что оставалась едва различима, сам Летос не мог не узнать её. Он не мог не узнать райнеру, которая дала ему жизнь, хоть и видел он её в последний раз много лет назад, когда ему самому было ещё лишь несколько лет от роду. Слишком много лет назад.

Он терпеливо ждал её приближения. Хоть Летос и понимал, что эта встреча сулит ему лишь беду, но бежать он не собирался.