Эпоха золотой розы

И, быть может, однажды ему представится шанс изменить хоть что-то. И в ожидании этого шанса проходили года и десятилетия. Но он готов был ждать и дольше.

Глава 8. Сартаал

Слишком чистый, слишком свежий воздух над Мехрой застили дым пожаров, смрад гниющих тел. Сартаалу была противна эта опостылевшая вонь. Но она вселяла в него уверенность. Вонь была с ним всегда, сколько он себя помнил. Она заполняла всё пространство Джосхару. Она шла за демонами в их наступлении. Вонь с готовностью заполонила все улочки и закоулки Форхи.

И вот теперь она стала частью и этого города.

Когда пал семистенный град, Адрион приказал не разрушать его. Он хотел сохранить его первозданный вид. Да и толстые стены надёжно защищали от драконьего огня. Но тогда этот приказ прозвучал первый и последний раз. Все селения и города, которые встречались армии Адриона на пути на юг, сметались до самого основания.

Вот и теперь демоны самых разных размеров и званий суетливо метались по руинам Мехры, круша всё, что осталось от алтеидов.

Разрушение было клеймом, которое они накладывали на все творения Первого Народа, утверждая собственную власть. А самих алтеидов, вернее, их мёртвые тела, разбросанные по всему городу, они обгладывали до самых костей.

Даже многочисленные стаи бездумных мелких бесов с визгом метались тут и там, упиваясь этой вседозволенностью. Хотя обычно они старались держаться подальше от скоплений более сильных высших демонов. Сейчас они залетали в дома и разбивали мебель и посуду, разрывали одежды и постели, уничтожали произведения искусства Первого Народа.

Сартаалу не приносил удовольствия этот пир разрушения. В такие моменты он старался отгородиться от себе подобных. Поэтому сейчас он спешил выбраться на окраину Мехры. Сартаал протискивался между обломками стен, перегораживающими улицы. Торопясь, он споткнулся о чьё-то маленькое тело и не без брезгливости заметил капли крови на своих ступнях. Он оборачивался по сторонам. Но никто не обращал внимания на его тощий силуэт.

Свернув за один из домов, он едва не столкнулся с оскаленной драконьей мордой. Сердце неприятно замерло у него в груди. Эти создания вызывали трепет даже после своей гибели. Демон невольно замер перед окаменевшей головой крылатого исполина.

Проклятье Велиара было властно и над ними – они стали смертны, как и все другие живые существа Эренхара. Но они были единственными, чьи души не отправлялись после смерти в мрачные земли Замбуллы.