Битва при Тюренчене

«Зачем по дороге? Илья Николаевич обычно остается в архиве допоздна и мне, наверное, позволит…»

«Тогда «ноу проблем» как говорят америкосы…»

«Когда я к Вашему сленгу привыкну?»

Елена Михайловна встретила сына встревожено:

– Что случилось, Сереженька, почему ты вернулся позже обычного?

– Прости, мама, пришлось по делу задержаться. У нас многие задерживаются. Впрочем, это ведь ради тебя… Знаешь, на что я в архиве наткнулся? На футуристический журнал двухлетней давности: да, да, в архив поступают и современные документы.

Хотя этот журнал, конечно, трудно отнести к документам – непонятно, как он к нам попал. Но оказался необыкновенно интересным…

– Сережа погоди, не части. Мой руки и садись за стол: суп, вроде бы еще теплый. Но уже и не горячий, как ты любишь – сам виноват.

– Так ему и надо, мама, – встряла вреднючая Катенька. – А то он сильно важничает теперь, став архивным грызуном!

– Посмотрим кем ты станешь через пару лет, вертлявая макака… Так вот, этот журнал был выпущен в Петербурге к началу 20 века, небольшим тиражом и весь насыщен представлениями о будущем веке: какова будет архитектура, транспорт, культура, вообще условия жизни и, в частности, мода на мужскую и женскую одежду.

Я просто ахнул, это что-то необыкновенное! Да вот лучше посмотри, я многое зарисовал… Журнал этот единственный и мне его на вынос, конечно, не дали…

– Ты попей еще компот с блинами, Варя нам сегодня настряпала, а потом и покажешь.

– Зря ты иронизируешь, это как земля и небо, древность египетская и Эллада!

– Ах ты милый мой, таким восторженным я тебя давно не помню… Так что ты там срисовал?

– А вот давайте тарелки со стола уберем и под абажур эти листики положим: один, а потом другие… Не тяни руки, лисенок, смотри из-за моего плеча, у тебя зрение еще острое!

– Что это за почти голый мужчина? Демонстрирует мужское белье?

– Да, маменька, это трусы – вместо давно опротивевших мне кальсон.

Легко, удобно, красиво. И сшить их, мне кажется, легко. Вот вид спереди, сзади и сбоку. Ты-то уж точно справишься.

– Побойся бога, Сережа, это верх неприличия.

– А ходить в белых лосинах, которые ничего не скрывали, раньше считалось прилично? Здесь же под ситцем все скрыто. И кстати, трусы эти – не такой уж футуризм: я еще учась в Питере слышал, что светские люди носят трусы, только никогда их не видывал. А теперь прошу: мама, сшей мне их, пожалуйста.