Прощай, Питер!

– Подождите!

Путники стояли в начале Благовещенского моста, когда со стороны досов к ним метнулась рыжая тень

– Вы ведь не собираетесь оставлять меня здесь одного?

– Пойдем, Кот.

Мост выглядел надежно, но переходить его было страшновато. Однако выбора у них не было.

– С этим мостом была забавная история, – сказал Никита, – тогда он назывался мост Лейтенанта Шмидта. Мы с Егором вернулись со школьных каникул. До учебного года оставалась примерно неделя и мы решили встретиться, чтобы рассказать друг другу как провели лето.

Телефоны тогда были проводные, стационарные. Мобильных телефонов в то время еще не придумали, поэтому требовалось заранее договариваться о месте и времени встречи. Мы договорились встретиться возле этого моста, но не уточнили где именно. В результате я ждал его на своей стороне, а он меня на своей. Тогда мы так и не встретились.

– Сколько же вы прождали?

– Не помню точно. Я ждал несколько часов. Как же сильно я на него разозлился тогда. Только вечером мы созвонились по стационарному телефону и все выяснили.

Было довольно смешно. Он ведь тоже прождал меня несколько часов на своем берегу и тоже злился, что я не пришел.

Они уже дошли примерно до середины моста, который назывался теперь Благовещенским. Нева расстилалась по обе стороны. Вид открывающийся на город завораживал. Питер всегда выглядел серым, даже на цветных фотографиях. Особенно в осенне-зимние месяцы. Сейчас город тоже был таким. Наверное, так Питер мог выглядеть в часы утренних ноябрьских сумерек.

Никита вспомнил, как они с мамой ходили в детский сад зимой. Только тогда вокруг было совсем темно, а под ногами хлюпал снег вперемешку с водой. Зато впереди ждали яркий зал, друзья и завтрак. Никита вспоминал об этом и хмурое утро казалось ему уже не таким хмурым.

Но там, где они были сейчас, синего цвета практически не было. Здесь все казалось серо-серебряным, словно на какой-то сумеречной гравюре.

– Я здесь редко бывала, – сказала Наташа.

– Да, – ответил Никита, – я помню. Ты жила на обводном канале, в какой-то общаге или коммуналке.

Помню как-то раз, когда я был у тебя в гостях и засиделся допоздна, пришел Егор. И я, уже сильно пьяный, ушел пешком домой, чтобы оставить вас наедине.

– Да, мы тогда предлагали тебе остаться.

– Я не хотел никому мешать. Кстати, по дороге я познакомился с бомжом и привел его к себе домой. Мы пили до утра, а потом он украл у меня телефон.

– Никита, ты всегда очень много пил. Почему?

– Хороший вопрос.