Суррогат

Неизвестно, как он дошел до дома, лег в постель и попытался уснуть. Не тут-то было. Вдруг дверь открылась и вошла Элен. Красивая, стройная, в ночной рубашке.

– Что случилось, милый? Ты не в себе, тебе больно? – ласково обняла его Элен. Рудольф резко поднялся с постели. Ночная рубашка, которой прикрывалась Элен, от этого распахнулась, обнажив ее красивую грудь.

– Послушай, – процедил Рудольф. – Нам на время необходимо расстаться. Я же сказал – на время, – добавил он, видя, что глаза Элен наполнили слезы. Элен прикрыла грудь и спросила:

– А что случилось?

Этот вопрос разозлил Рудольфа еще больше, однако он сдержал гнев.

– Это пока не случилось, но может, а теперь позволь. Я уезжаю. Надолго ли, не знаю. Как будет время, дам о себе знать, – и Рудольф поспешил на вокзал.

Действие двадцать пятое

Элен не знала, что ей делать. Все так неожиданно. Да, прескверный характер Рудольфа был, мягко говоря, далеко не для нее, нежной и любвеобильной. Однако за него, за этот характер, возможно, она и любила его.

Не потому что уважала, а потому что этот характер всегда добивался своего. Рудольф не терпел противоречий. Элен видела в нем настоящего мужчину. Но в этот раз произошла перемена. Причем резкая. Рудольф был раздавлен. По нему словно проехался бронетранспортер. В его глазах она видела метание, безысходность. Ей стало не по себе. Она одна. Что делать? Элен оделась и, несмотря на поздний вечер и мокрую погоду, вышла из дома.

Действие двадцать шестое

– Элен! Ты? – в глазах Ричарда было не то недоумение, не то взволнованность.

 – Что случилось?

На пороге стояла Элен. Куртка и капюшон слегка намокли.

– В такую погоду?

– Может, дашь войти, или ты не рад мне?

– Ну, что ты, что ты, проходи, конечно, я тебе очень рад. Просто так неожиданно. А, прости, выпить хочешь? В самом деле, чего я спрашиваю, конечно, выпить, ты вся промокла. Давай раздевайся. Куртку на вешалку, пускай сохнет, – засуетился Ричард.

Вскоре они уже свободно качались в креслах с бокалами великолепного вина.

Ричард взволнованным взглядом окидывал Элен с головы до очаровательных ног. Сердце его часто билось. При виде этой красавицы его страсть нарастала. Элен, как будто почувствовав это, немного закрыла раздвинутое декольте и одернула юбку. Взглянув на Ричарда независимым взглядом непреступной женщины, коротко произнесла:

– Рудольф уехал.

Ричард, глотнув вина и перестав качаться в кресле, спросил:

– Куда?

– Не знаю, – ответила Элен.