Любовь окаянная

Какие стихи, Серёжа, какая любовь? Ничего никогда у меня такого в жизни не было… Прости, слёзы текут…

***

Наташа много могла бы потаённого рассказать о себе. После восьмого класса училась в ПТУ на портниху, потом сразу пошла работать на швейную фабрику. Как-то раз они с Мариной, лет пять назад ставшей её сегодняшней компаньонкой по бизнесу, очень разоткровенничались.

– Знаешь, Маринка, я такая дура по молодости была, да и сейчас, наверное, не умнее. Не терпелось мне женщиной стать. В восемнадцать безо всякого сопротивления нашему слесарю, Стёпке, прямо на нашей фабрике под цеховой лестницей отдалась.

Жаждала узнать, что же это за счастье такое у всех людей. Но ничего такого не испытала. Было приятно, конечно… целоваться нравилось до ужаса. Потом я забеременела от него, наши родители нас поженили. В девятнадцать у меня уже дочь родилась. Жили у него, а потом, когда моя мама умерла, стали жить у меня. Папа умер, когда я ещё маленькой была, даже плохо его помню. Стёпка и сам-то пацаном был, на год всего старше меня. Ребёнка мне состряпал и всё – наелся вдоволь. Не то, чтобы секса, поцелуев от него дождаться не могла. Самой всегда приходилось по ночам его возбуждать, а он сделает своё дело – и на бочок. Всё притворялась, будто тоже испытываю оргазм одновременно с ним, только чтобы ему хорошо было. А он петухом ходил, думал, что счастья мне кучу наваливает. Когда нашу фабрику закрыли, он целый год нигде не мог устроиться. Пить начал, целыми днями где-то шлялся. Когда сам на рогах приползал, когда его друзья до двери дотаскивали. А когда у него мать умерла, совсем уже с нами жить перестал. Подала на развод, чтобы хоть какие-то алименты были. Он же квартиру свою продал и все деньги пропил, БОМЖом стал. Дочка его однажды на Московском вокзале видела, не сразу даже признала. Хромать, говорит, сильно стал. Знаешь, Марин, а мне его совсем не жаль. Ни капли. Он всю жизнь мне испоганил. Дочь одна воспитывала, замуж её выдала. Крутилась, как белка, пахала, как лошадь. Как только не сдохла, ума не приложу. Какая к чёрту любовь? Да, хотелось ласки, тепла. Плоть моя измучилась от жажды любви. Однажды дошло до того, что мы вдвоём с Тамаркой, моей бывшей соседкой, такой же молодой одиночкой, как две сучки, истекающие соком, в кабак пошли «на съём». Нас быстро «сняли». Так быстро, что вскоре я уже была в своей постели с одним красавцем. Ждала кусочка человеческого счастья, а он через три минуты удовлетворился в меня и уснул.