Дорога к дому. Инженер-волшебник, философ-чародей… Как еще совместить технологии и магию?

Кожаная блуза и штаны плотно облегали фигурку, при взгляде на которую современные «Мисс Мира» синели бы от зависти. Замира уловила мой взгляд, подмигнула и запахнула плащ.

– Для военных меч – брат родной, для дворян – символ престижа, особенно если хорошо с ним управляешься. Простолюдинам ношение оружия запрещено.

– А тебе зачем? – не удержался я. – Или здесь некому тебя защитить?

– Я наемник, – просто ответила она. – Оружие для меня – жизненная необходимость, и я стараюсь, чтобы оно всегда было под рукой.

А каким оружием ты владеешь лучше всего?

– Не знаю, – почесав голову, признался я. – Могу файерболом в лоб засветить, из лука стрелять не умею, меча даже в руках не держал.

– Прошу меня простить, – вдруг склонила она голову. – Я не знала, что Вы маг. Надеюсь, Вас не оскорбило мое поведение.

– Ты чего?! – опешил я. – Напилася я пьяна, не дойду я до дому?

– Извини, забыла, что ты память потерял, – она забрала бутылку и надолго приложилась к горлышку. – Неужели не помнишь, как магов уважают и боятся?

Замира облокотилась на перила и некоторое время молча смотрела в зал.

– Знаешь, во время войны я сражалась на стороне объединенных королевств. Однажды ночью на наши казармы напали хунны. Их армия на нашем участке перешла в наступление, но нам ничего не доложили, и в полку царил хаос. Через некоторое время, потеряв многих, мы организовали оборону. Тогда против нас вышли маги. Их было всего несколько человек, но этого хватало – на нас обрушился дождь из огня и льда, земля расходилась под ногами.

После этого я стала сильно бояться магов. Когда нас осталось меньше половины, пришло подкрепление – целители из санитарного полка. Как могли, они сдерживали натиск своей магией, не предназначенной для ведения боевых действий. У них не было шансов, они знали это – и все остались там, давая возможность нам уйти. После этого магов я стала уважать. И теперь уважением к остальным я отдаю дань памяти тем, кто, умирая, позволил мне жить.

Она тряхнула каштановыми волосами, и ее глаза заблестели.

– Что-то я расчувствовалась сегодня, – улыбнулась она сквозь слезы. – Наверно, выпила много. Пойду-ка я в номер. Не провожай меня, не надо.

Я постоял немного, потом залпом допил вино и вышел на улицу. Настроение было препоганое, хотелось побродить по округе, но я решил лечь спать – завтра утром мне предстояло сделать первое в этом мире самостоятельное дело.

Проснулся я на рассвете и сразу растолкал Себастьяна.