Клинок Стэллы

– Самая что ни на есть, ? ответил Иван Иванович, уминая лягушку, ? ну что, за здоровье? Именно за него!

После «опрокинутой» еще одной рюмашки, Глеб почуял, что ноги отказываются его слушаться. С аппетитом поглощая отварной картофель, он вдруг захотел попробовать лягушку.

– Вот-вот, ? заметил Иван Иванович, ? аппетит приходит после добавочки! А ну, хлопче, бери!

Глеб взял в руки лягушку. Посмотрел на нее и положил в рот. Иван Иванович наблюдал, как заходили челюсти молодого человека.

– Ууу! – потянул он, ? а вкусно! А ничего себе! А неплохо! А дай-ка таракашку попробовать!

И вот Глеб уже хрустел мадагаскарским тараканом! А за ним пошел и зофобас!

– Этак мы тебя к здоровой пище вмиг приучим! – проговорила Татьяна Сергеевна.

– Да я это… как ее…уже того, вот, ? далее Глеб умолк.

Самогон был крепок и чист как слеза. Кое-как Глеб разделся и улегся в постель. Ночь одарила его красочными сновидениями. Еще бы! Сколько впечатлений он пережил за один только вечер и начинающуюся холодным каскадом звезд темную мглу.

И вот теперь ему снились ночные темные озера, полные рыбы. Снилась рябь воды, как будто наполнившая темную высь. Снились иммуноандроиды и люди будущего. Красивые, стройные. Они шли навстречу погрязшему в невежестве человечеству. Людям, которые может и позабыли уже о том, что они все-таки люди.

Действие десятое

? Эй! А ну подъем! Прилетели, давай просыпайся, – Анна разбудила Яна.

Ян потянулся. Самолет подъезжал к месту высадки пассажиров. Ян следовал за Анной, но постоянно ловил себя на мысли, что он уже чужой для их семьи.

Кто он без Стэллы для них? Да в общем так, никто, во всяком случае без нее он для них уже не родня. Для Анны и Алексея. Зачем он едет к ним? Для чего? Он ловил себя на этих мыслях и чувствовал себя до ужаса неловко. Если бы у него был ребенок от Стэллы, тогда другое дело, а так, если разобраться – кто он?

– Ты чего такой растерянный? – спросила Анна, увидев его действительно растерянный вид. – Что случилось?

Что мог ответить Ян? Он только молча вздохнул:

– У меня ничего не осталось от Стэллы, ? тихо ответил он, ? ничего.

Была и нет ее. Как такое может быть? Ответь мне, Анна.

– Но ведь любовь-то осталась? – Анна смотрела Яну в глаза. – Любовь-то не умерла?

– Да, я по-прежнему люблю, ? ответил Ян, ? и буду любить. Но Вам-то от этого не легче.

– Дурачок, – Анна обняла Яна. – Стэлла моя дочь. Мне тоже тяжело, но прошлое не делается будущим. А мы находимся в настоящем.