Что ждёт Дятлова за перевалом судьбы. Том 3. Расследование

Дни командировки продолжались, а он до сих пор не написал ни одной строчки для своей газеты.

– Вас тоже не взяли, коллега? – послышался за спиной Григорьева мужской голос, который привёл его в чувства и вернул на мёрзлую, холодную землю. Григорьев повернул голову в сторону голоса и увидел перед собой человека высокого роста, темноволосого, с гладко выбритым лицом.

– Малышев Александр Сергеевич, – не дожидаясь ответа, представился гладковыбритый, подтянутый мужчина и протянул правую руку, приветствуя собеседника, – редактор Ивдельской городской газеты «Северная звезда» – «Северушка», как нас называют ласково местные жители.

Григорьев наконец-то очнулся от своих тягостных мыслей, увидев перед собой коллегу, и не просто журналиста, а самого редактора известной городской газеты.

– Ах, простите, задумался! Геннадий Григорьев, собкор «Уральского рабочего» города Краснотурьинска, – быстро исправился он и пожал протянутую ему руку.

– Давно здесь дежурите, на аэродроме? – участливо поинтересовался редактор Малышев, видя, как Григорьев зябко втягивает плечи и шею в чёрную кожаную куртку.

– Уже третьи сутки… – пожаловался Григорьев своему коллеге, который, как никто другой, должен был понять его.

– Нельзя туда нашему брату, журналисту. Я тоже вот хотел статью написать про группу пропавших туристов на Уральском хребте. Уже были даже кое-какие наброски, но приехал главный прокурор из Свердловска и запретил нашему брату появляться на месте происшествия и что-либо писать.

Боятся, что напишем что-нибудь не то, и это «не то» ещё больше усилит народные волнения по поводу этой трагедии…

Товарищ Малышев был очень разговорчивым, коммуникабельным человеком, с добрыми глазами. Он всё говорил и говорил что-то Григорьеву, но тот слышал только некоторые слова, вырванные из контекста его долгой, гладкой речи. Геннадий всё больше молчал, молчал, смотрел куда-то вдаль, сквозь товарища Малышева, и кивал головой в ответ. Наконец редактор «Северной звезды» заметил, что Григорьев совершенно не слушает его, и перешёл на личные вопросы, которые помогли бы ему разговорить замёрзшего собеседника:

– А где остановились хоть?

– В гостинице остановился, платит мне моя газета командировочные.

Но, видимо, я их плохо отрабатываю, пока никаких заметок и набросок у меня нет. Надо находить какую-то тему и писать статью, потому что, не ровен час, уволят такого бездарного журналиста, как я.