Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3

– Это если того кто должен будет заплатить, не грохнут, конечно, – парировала она – а если это произойдет?

– То мы останемся с деньгами, которые нам выделили на накладные расходы, но на съемном жилье и со съемным подвалом под лабораторию.

Она фыркнула.

– И чего ради? Я бы предпочла, чтобы мы ими владели. Вит, я тебя умоляю, ну не усложняй ты все… Почему тебе так важно во всем разобраться и влезть в то, что нас ну совсем не касается?

Я лишь вздохнул в ответ.

Да, по сути – чужая грызня нас не касалась, да и работу нам поручили совсем другую, но… Давайте будем честны, если вы наталкиваетесь на тайну, она всегда вас манит до тех пор, пока вы не узнаете всего полностью.

Как бы странно, страшно и необычно это ни было. Не верите мне – спросите у Колумба, им тоже руководило здоровое любопытство. Ладно, можете даже не спрашивать, но посмотрите на результат, к чему оно его привело.

Лично я – не был уверен, что мы сможем сорвать даже обещанный куш. Весьма велики были и шансы, что мы останемся вообще ни с чем.

Но бросить эту тайну я не мог.

– Сестренка, давай я задам тебе вопрос, чтобы ты поняла… Вот представь на секунду, что тебя утянуло бы в историю книги, которая тебе нравится, и вдруг ты узнаешь, что все было несколько не так… Ты сама не хотела бы докопаться до правды?

– Мне нравится «Гордость и предубеждение», но это не значит, что я пошла бы раскапывать все скелеты в шкафу мистера Дарси.

Я лишь покачал головой. Зная свою сестру, можно было со стопроцентной уверенностью сказать, что она поддержит меня во всех начинаниях, но при этом никогда не упустит шанс объяснить, что я идиот.

В ней говорил чистый прагматизм и желание улучшить нашу жизнь, и это я прекрасно понимал и уважал, в конце концов, в этом отношении наши взгляды полностью совпадали, но она просто не в состоянии была понять, что лично мне – этого было мало.

Возможно, все дело было в том, что я любил магию, и был более одарен в этом смысле, чем она. Для нее – магия всегда была лишь инструментом.

Для меня же – она была самой жизнью. Той силой, которую было необходимо познать во всех ее проявлениях. Ну, разве что за исключением черной магии, познание которой гарантированно лишало тебя головы.

Видите ли, магия не делится на добрую и злую, она всегда лишь инструмент, это верно, но условно ее можно было разделить на белую – берущую свое начало в самой сути жизни каждого человека, и черную, которая рвала твою душу в клочья, и хорошо, если только твою.