Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3

В общем, это был крайне приятный, хоть и совершенно пустой визит. Да, я проверил само здание на потайные ходы и комнаты, мило пообщался за кофе с администратором выставки, и рассказал, что меня здесь так интересовало, а в ответ на это – был направлен на Набережную Кутузова, в дом двадцать четыре, поскольку, как подтвердил мне администратор, здесь Бальзамо жил и встречался по вопросам масонства, но не работал, а вот тот дом – принадлежал когда-то генерал-поручику Виллеру.

На самом деле – я был крайне признателен за этот кусок информации.

В моем «листе обхода» дом числился, но без точного адреса, более того, он назывался домом на Дворцовой набережной, и мне и в голову не пришло, что названия могли настолько измениться.

Согласно моим записям, Джузеппе (бог ты мой, как же он жил с таким количеством имен и псевдонимов) снимал его во второй свой приезд, и именно здесь проходила большая часть врачебной практики и спиритических сеансов устроенные им.

Это был фантастически красивый, четырехэтажный, дом, в самом сердце города… Нет, кроме шуток, я проторчал почти час любуясь на него, после чего – рискнул войти.

На мое счастье, в доме были жилые квартиры, и одна из них даже продавалась.

Случайно обнаруженный на месте риелтор провел меня по великолепным комнатам, и, прикрыв глаза, я мог запросто воссоздать то, как все выглядело в те годы.

Здесь мне повезло чуть больше, и я смог обнаружить в одной из стен аккуратно закрытый оберегами тайничок, сделав себе мысленную пометку добраться до него чуть позже.

Наконец, третьим эпизодом моего вояжа по городу стала бывшая дача Строганова. Сейчас – дачей это не назвал бы никто, но в ту пору понятия о «дачах» и «летних домиках» были совсем иными. Достаточно взглянуть на «летний домик Петра», чтобы убедиться в этом. В таком «домике» может вполне спокойно жить дюжина семей, да еще и место останется.

В общем, когда я прибыл на Старо-Петергофский проспект, я был несколько разочарован.

Пройти вовнутрь дома номер двадцать мне не удалось, а посмотреть на караулку усадьбы Строганова – было, конечно, интересно, с образовательной точки зрения, но мало полезно с лично моей позиции. Впрочем, особых надежд я на это место и не возлагал, поскольку это был дом не под съем даже в ту пору, а его пригласили сюда для лечения.

Еще одна неудача ждала меня и на Невском проспекте.