Плетение. Книга первая

Учти, времени у нас мало, поэтому либо ты решаешь прямо сейчас, и я все делаю, либо я ищу другого работника.

Она долго колебалась, прежде чем спросить:

– Что будет заблокировано?

– Твои гормоны. Все, что касается физиологии по женской части. Блокировка временная, и либо месяца через полтора слетит сама, либо по возвращению я ее сниму. Хотя можно привязать ее и к контракту. Как только он будет выполнен или разорван – она закончится.

Вновь последовало долгое обдумывание.

– Хорошо, я согласна.

***

Я оторвалась от компьютера, чтобы глотнуть остывшего чая и задумалась.

Отчим предлагал отправиться с ним поработать во Франции на месяц, и это сулило неплохие деньги, на которые можно было бы и компьютер поменять, и вообще жить поприличней какое-то время, но то, что он постоянно будет рядом наводило на меня страх.

Прекрасно понимая, что страх этот не имеет под собой никаких оснований, я, тем не менее, не могла убедить себя до конца, в целесообразности данной работы.

Хорошо быть переводчиком с трех языков, и сидеть на работе с десяти до шести, но работать за границей личным переводчиком при собственном отчиме… Это было и заманчиво и…

Окинув унылым взглядом свою квартирку, я убедилась в том, что отклеивающиеся обои никуда не делись, погрызенная лет шесть назад собакой мебель не восстановилась, а гардероб все так же сиротливо стоит в углу, вмещая в себя три нехитрых наряда: один для работы, один для гуляния, и один для «выхода в свет».

Чем черт не шутит, подумалось мне, Ильта же согласилась на свою работу, хотя и очень не хотела связываться с Дайрусом.

Видимо пришла и моя пора хоть немного выбиться в люди. Но если он точно хочет чтобы я с ним поехала – пусть будет добр, купит мне ноутбук, поскольку расставаться с моими текстами на такой срок я не готова.

Взяв мобильник, я набрала номер отчима, и, чувствуя себя последней дурой, которая соглашается на то, что делать не следует, сказала:

– Хорошо, я согласна…

Глава 3

Голова наемницы раскалывалась на части, и она отчаянно пыталась понять, с чем именно это связано, с тем, что она уже несколько часов идет под палящим солнцем по самой неприятной пустыне мира, или с тем, что в ее голове засел самый невыносимый из всех Высших магов.

Вылив на себя половину фляги, и ощущая, как головная боль временно отступает, она уже готова была согласиться с тем, что всему виной именно жара и тянущийся до горизонта песок, когда Дайрус вновь решил напомнить о своем присутствии.