Год беспощадного солнца. Роман-триллер

– Когда же это кончится, Дима? Смотри, вот молодая красивая девушка. А рядом с ней – пропойца, бомж, а может, и преступник. Неприлично. Как ты считаешь?

И Дмитрий Евграфович решительно направился к главврачу.

– Вы, Сергей Сергеевич, назначили меня заведующим, – напомнил он.

– В самом деле? – удивился Демидов. – Не может быть!

– Как не может? – опешил в свою очередь Мышкин.

– Если ты мне напоминаешь, как я управляю кадрами, то, безусловно, считаешь меня идиотом.

– Нет-нет! – в панике воскликнул Мышкин.

– Ну, это ближе к истине. А себя за что?

– Вы возложили на меня определенную ответственность.

– Возложил, – согласился Демидов. – Не буду отпираться и вводить прокурора в заблуждение.

– И на себя, таким образом, тоже возложили.

– И это преступление беру на себя. Ты чего хочешь? Говори по-человечески.

– Театр начинается с вешалки. А Успенская клиника – с морга, – заявил Мышкин.

– Вот это да! – поразился Демидов. – А я-то, по неграмотности думал, что всё наоборот: моргом клиника заканчивается.

– Правильно, – великодушно согласился Мышкин. – Но не совсем: ПАО – тоже визитная карточка клиники. Ее обратная сторона. И по состоянию мертвецкой люди тоже судят, как мы здесь работаем и чего от нас можно ожидать. Точно так же по состоянию бесплатных общественных туалетов можно судить о цивилизованности нации. Вы хоть раз были в нашем морге?

– Еще нет. Но давно мечтаю. Приглашаешь?

– Да: приглашаю на экскурсию «Путешествие в мир прекрасного».

– Ну, если народ… – застегнул пуговицы халата главврач.

Из путешествия в мир прекрасного Барсук вернулся злее черта. Через полторы недели Еврофонд выделил полтора миллиона швейцарских франков, и еще через неделю из Женевы прибыло настоящее чудо, сверкающее никелем и вороненой сталью – полное, под ключ, оборудование для морга.

Теперь у каждого клиента свой нумерованный пенал с автономным охлаждением, исчез неистребимый запах формалина, смешанный с метаном – трупным газом. Каждый сотрудник ПАО теперь получил индивидуальный шкафчик со своим отдельным душем и туалетом, а для всех, на десерт, Фонд прислал самую настоящую сауну, из которой все работники ПАО, включая Большую Берту, по субботам не вылезали с часу до девяти вечера.