Наследство последнего императора. 2-й том

Яковлев тоже удивился.

– Ой-вей! – шлёпнул себя ладонью по лбу председатель ВЦИК. – Ох, эта голова! Что за голова!.. Я хотел сказать, конечно, чтоб скатерть была на дороге! И вообще: задача у тебя очень сложная, для нашей республики важнее нет. Доставьте всю семью бывшего императора в Москву в целости и сохранности. Вы несёте большую персональную ответственность и отвечаете за бывших самодержцев головой, причём не, только перед советской властью, но, прежде всего, перед партией.

– Спасибо за напоминание, товарищ Свердлов.

Разрешите идти?

– Конечно, конечно… Когда едешь?

– В сей же час.

Но только он взялся за ручку двери, как Свердлов неожиданно его остановил:

– Товарищ Яковлев! Постой-постой!

– Да? – обернулся комиссар.

– Ах, какой пассаж – ну прямо сплошной антисемитский Достоевский! – сокрушённо покачал головой Свердлов.

– Кто? – вполголоса спросил Голощёкин.

– Писатель такой, – засмеялся Свердлов. – Пархатый жидоед.

– И на свободе? – возмутился Голощёкин. – И чего ж ты радуешься, Яков! Немедленно арестовать и расстрелять!

– Всё уже сделано.

До нас. Двадцать лет назад, – сказал Свердлов. – Василий Васильевич! Я совсем забыл – голова, наверное, немножко утомилась. Придётся тебе задержаться на день. А то и на два.

– Что-нибудь случилось? – спросил Яковлев.

– Ничего, ничего не случилось. Короче: ты не можешь ехать, потому что тебе надо ещё одну инструкцию ВЦИКа получить. Важную, очень секретную. Но она не готова. Будет завтра или послезавтра. А потом поедешь.

Да ты не огорчайся!

– Я человек военный, – ответил Яковлев. – Огорчения не по моей части. Если приказ…

– Да-да, приказ, – подхватил Свердлов. – А пока размещайся в «Национале» со своими людьми. И там немножко подожди. А если не поступит инструкция, тогда поедешь.

Когда Яковлев закрыл дверь, Свердлов и Голощёкин обменялись понимающими взглядами.

– В последний момент сообразил! Но, ты молодец, Яков, что всё-таки сообразил, – заметил Голощёкин. – Так значит, мне надо…

– Немедленно! Этим же вечером!

Целую неделю прождал комиссар Яковлев обещанную инструкцию и не дождался.

И только гораздо позже понял, зачем его задержал председатель ВЦИК. Когда комиссар добрался до Екатеринбурга, Голощёкин уже был там – двумя днями раньше. Вместе с Шиффом.

Шифф с неодобрением посмотрел вслед комиссару.

– Вы уверены в этом явном царском офицере? – спросил он.

– Он давно наш, – заверил его Свердлов. – Знаменитый боевик-экспроприатор Мячин.