Наследство последнего императора. 2-й том

Так что через год, самое большее – через два вы, Евгений Степанович, вспомните наш разговор и сможете сами убедиться – события пойдут так, как я вам сейчас попытался изложить[31 - Жизнь подтвердила прогноз Яковлева, причем, гораздо раньше, чем он сам предполагал.].

Кобылинский машинально отметил, что Яковлев произнес «за ними», а не «за нами», но переключился на другое.

Сейчас ему предстояло трудное дело – передать своих подопечных в чужие руки. «Всё! – сказал он себе. – Я теперь свободен. Долг исполнен, приказ выполнен, могу идти – куда глаза глядят.

И никто не будет теперь ничего мне приказывать».

Однако мысль эта не принесла ему радости или удовлетворения. Что с ним будет дальше, куда идти, чем заниматься, как заработать на хлеб? Он чувствовал себя так, словно пассажир, выпавший из вагона скорого поезда. Да, в живых он остался. Но поезд, в котором весь его багаж, все средства к существованию, уже за горизонтом, и Кобылинский уже не догонит его. В какое-то мгновение он подумал: а если не подчиниться сейчас большевистской власти? Что потом? Горстка его солдат противостоять красным не в состоянии, да и, действительно, не станут они погибать за свергнутого царя.

Нет, наверное, лучше отдать Романовых этому комиссару, бывшему офицеру все-таки, нежели красногвардейским разбойникам из Омска или Тюмени.

– А что будет с царской семьей… С Романовыми? – спросил он.

– Правительство гарантирует им жизнь и безопасность. Императрице и детям – свободу с правом выезда из советской России.

Что же касается Николая… тут несколько сложнее. Троцкий и Ленин считают, что императора нужно предать суду. И это, по-моему, будет правильно.

– Но ведь такая попытка уже была, – возразил Кобылинский. – То же самое уже сделал Керенский, но, в конце концов, следственная комиссия пришла к выводу, что Николай Александрович невиновен. И судить его не за что.

– Если быть точнее, – заметил Яковлев, – комиссия изучала только один аспект: были Николай и Александра немецкими шпионами или нет.

Выводы комиссии свидетельствуют только об одном: в ее составе не все были идиотами или мерзавцами. Но идиотов все равно было много, коль скоро комиссия изначально стала исследовать вопрос о «монархах-шпионах», шпионивших против самих себя!.. Сейчас вопрос формулируется по-другому: какой ущерб России, и прежде всего, ее трудовому населению нанесло правление Николая Второго.

– Но простите, – возмутился Кобылинский, – Это уж с какой стороны смотреть!..