Плетение. Книга четвертая

Заранее представляя себе, каким трудом он занимается, для облегчения задачи были подключены все данные по медицине, которыми он обладал, и настроил связки между этим модулем, и собирающейся информацией.

Оставалось лишь ждать наполнения инфомассива, чтобы устроить подробнейший анализ.

***

Лайта пыталась придумать способ, при помощи которого она могла бы сохранить свое инкогнито в преступном мире, по окончанию борьбы с ноэйрой, но в ее планы вмешивался тот факт, что Тимур уже пребывает в курсе этого.

Как известно, что знают двое – удастся сохранить в тайне только если один из них мертв, но она не была уверена, что имитация ее смерти не освободит Тима от обязательства хранить тайну. Смерть же самого программиста в этом вопросе, даже не рассматривалась.

Честно говоря, она безумно уставала от необходимости хранить анонимность. Постоянное сокрытие половины своей деятельности, и специальное акцентирование внимания на второй половине было не просто архисложным, оно отнимало все время и силы, которые у нее только были, и этот груз ей нельзя было разделить ни с кем.

Тимур как-то сказал ей, что в его мире есть одна крайне любопытная игра, под названием «шахматы», и средненький игрок способен просчитывать ситуацию на три, ну, максимум, пять, ходов вперед, в то время как профессионал просчитывает партию на дюжину и более ходов.

Она поинтересовалась у него, был ли на его памяти человек, про которого можно было бы сказать, что он просчитал партию от начала до конца, со всеми вариантами, и была поражена его ответом:

– Был человек, которому это было по силам.

Только он был не из нашего мира. Дайрус Клауд.

Наслушавшись, в свое время о Дайрусе от Ящера, которому довелось выслушивать семейство Крэйт в течении долгого времени, она считала его скорее занозой в заднице, чем человеком, который заслуживал предельное уважение.

Когда же она познакомилась с Ильтой, ее мнение слегка поменялось, но, все равно, оставалось довольно далеко от идеального, и лишь плотное общение с Тимом в, последнее время, в корне изменило ее отношение к этому человеку.

Сейчас же она пыталась просчитать партию пусть не до конца, но, по меньшей мере, на несколько дюжин ходов вперед, сама не ведая того, что пользуется при этом тремя правилами шахматиста.