Плетение. Книга четвертая

Гром кивнул, и принялся крепить на плечах ножны. Когда все было закончено, он поднял взгляд на Тимура.

– Так что за таинственная работа, о которой мне не стал говорить Нойрам?

Хакер ухмыльнулся.

– Ты давно в конной атаке прорывался сквозь армию противника, чтобы убить предводителя?

– Я вообще так никогда не делал.

– Значит, у тебя будет шанс это испытать. Похоже, что я придумал способ добраться до ноэйры. Еще не все готово, и нам с Ильтой надо кое-что забрать, чтобы все устроить, но…

Гром скептически посмотрел на собеседника.

– И после этого мне еще говорят, что это я сумасшедший. Ты хоть представляешь себе, что за кошмар там будет твориться? Я не говорю про сходящую с ума магию, не говорю про заклинания со всех сторон, я говорю про то, что у большей части народа будет оружие, и они будут стрелять.

Тимур, прищурившись, посмотрел на него.

– А если не будет заклинаний и сходящей с ума магии? Если они не будут стрелять?

Гром вновь скептически посмотрел на него.

– И как же… А… Мать его, ты решил ввести в игру Печать!!! Ты спятил? Кому из Высших магов ты настолько доверяешь?

– Только одному. И не забудь, Печать должен передать ему Хранитель, ну, в нашем случае – Хранительница. Если Ильта будет ему тоже доверять – тот сможет ей воспользоваться. Понимаю, что слишком много «если» и «но», но лучшего плана действий у меня нет, а этот хоть и рискован как черт знает что, но все ж таки имеет шансы на успех. Ты в деле?

– Ты не сказал, кому из Высших магов ты настолько доверяешь.

Тимур кивнул, признавая его правоту.

– Оллет Дигг. По силе он равен Высшим магам, хоть и не имеет такого статуса, а к вопросу о доверии…

Наемник кивнул.

– Понимаю. Это хороший выбор. Надеюсь, что Ильта его тоже примет. Ладно, объясняй, как управляться с твоим чудом техники, и я поехал.

***

В наушниках, взятого у Тимура плеера, играла странная группа, под названием «Ария», которую, несмотря на крайне непривычную, жесткую, музыку, программист предпочитал всем остальным группам, имевшимся в наличие на его ноутбуке.

Лайта слушала их песни, пытаясь разобраться в своем молодом человеке, и понять, что же он являет собой.

В каждой их песне она выискивала несколько слов, которые могли соотноситься с ним, хотя это и было неимоверно трудно, из-за того, что ей приходилось концентрироваться на тексте, абстрагируясь от общего ощущения, которое рождала песня.