Змей

Мать, которая стояла рядом со старухой обхватила ее и зашипела:

– Что ты говоришь, не вернешь ведь его, а сама погибнешь и всех погубишь;

– Уйди ведьма, уйди. Ты своего вымолила, на чью жизнь поменяла? Не на Колину ли?

– С ума ты сошла старая, что мелишь?

– Уйди ведьма. Приди, вернись Коля, – стоны становились все слабее, она упала на свежую могилу, обняла ее, как до этого гроб и замерла.

Холодный ветер пронесся над головами стоявших у могилы людей. Воронье взлетело с насиженных ветвей и полетело прочь от своих гнезд, как будто спасаясь от чего-то невидимого.

Стало холодно и мрачно.

Матери уже рядом не было, она ушла так же незаметно, как и появилась.

Володя с Лешей шли уже к мотоциклу, подавленные, разбитые, не понимающие, что произошло. Почему их мать ведьма и кого она вымолила.

Подойдя к мотоциклу Лешка открыл боковую дверку, старенького ИЖа, там, где обычно возят инструменты, достал два стакана, грамм по сто и бутылку водки из своей сумки, которая все время висела на плече.

Поставил стаканы на сиденье мотоцикла, разлил водку:

– Выпьем, помянем;

Молча выпили, и Лешка сразу разлил по второму стакану.

– Лень, а как правильно, земля ему пухом, или царствие небесное?

– Ему уже все равно. Пей;

Выпили. Ленька достал из сумки пару вареных яиц, хлеб и соль в спичечном коробке, видимо с собой на обед брал. Закусили, снова выпили и закурили.

– Уезжать Вовка отсюда нужно, не будет здесь жизни;

– Куда уезжать, кто отпустит из колхоза. Да и хозяйство, ты председатель, тебе-то что уезжать?

– Вот пока я председатель, и нужно.

Я с отцом уже обговорил, я их отпущу, они обживутся, потом вы с Сашкой, а потом и я. Документы всем сделаю.

– Так женился ведь, жена то поедет, да и Сашка женится собирается.

– В город то, все поедут, а отсюда и подавно.

Допили. В животе стало тепло, в голове туман. Лешка довез брата до ворот, а сам собрался на работу. Лето, дел невпроворот.

– Не замужем она, сходи как проспишься, говорила тебя ждет.

– А как узнала, что я в госпитале по частям лежу, так и писать перестала.

– Отец ее запретил. Говорит, вернется калека, что делать будешь? Сходи, не калека ведь. Врачи то, что говорят?

– Да что они говорят. Они меня еще в госпитале схоронили, а я выжил. Потом сказали полгода – а я живой. Когда выписывали, сказали каждый год обследования проходить, да я не пойду к ним больше.

– Ну, как знаешь. А может и правильно. Одному переезжать сподручнее.