Вождь из сумерек

За участие в восстании Степана Тимофеевича Разина. Вспомнил тоже. К тому же моему далекому пращуру за антиправительственные выступления, говоря языком Уголовного кодекса, вырвали ноздри. Так его и звали Рваной ноздрей, хотя прозвище он носил знатное… Вострая сабля. Врубаешься? Осип Вострая сабля! От него и фамилия наша пошла – Востросаблины. А еще и Осиповы. Даже деревня такая была. С церквушкой. А что?

– Село. Если с церквушкой, то село, – поправил его Стас. – Хотя подробности можешь опустить. Попробуй лучше поговорить, может, и получится что-нибудь.

Леха почесал затылок и выдвинулся на передний план.

– С чего начинать-то, начальник? – осторожно спросил он.

– А с чего хочешь. Хоть с анекдота. Да перестань ты крутить! – рассердился Стас. – Считай, что допрос ведешь.

– Так бы и сказал сразу… а то кричать начал.

Беседа продолжалась долго. Стас стоял рядом и молча курил, пытаясь понять содержание беседы, но потом махнул рукой на это непонятное дело и принялся незаметно разглядывать стоящих в сторонке ратников.

Были они мужики нехилого сложения. Слабак столько железа на себе не утащит. А на каждом из них – добротная кольчуга до колен. И поверх нее железных полос нашито по десятку, не меньше. Щиты, чуть не в метр в поперечнике, держат на левой руке. А щит, наверняка, собран из крепкого дерева, обтянут бычьей кожей и поверху окован стальными полосами. В стремя конец копья упирается. Слева у ноги – меч в добротных ножнах. Вот это зря. Во время скачки по ногам хлещет и коню лишнее беспокойство.

У всех луки к седлам приторочены и тулы со стрелами. Луки короткие, чтобы с седла стрелять можно. Наборные, роговыми пластинами усилены. Большой беды от такого лука надо ждать, коли в крепкие руки попадет. Если все обойдется, попробуем на крепость наши бронники. Похоже, в дальний поиск ребята собрались. Сухой паек с собой везут. У каждого фляга с водой… литра на три.

– Стас, – Леха вмешался в его наблюдения, – здесь недалеко стоит их крепость. Типа пограничной заставы.

А идут они дозором к Сумеречной горе.

– К какой горе?

– К Сумеречной… Потому что над ней всегда сумерки стоят. И вот уже несколько суток эта гора сверкает молниями. А для них это – плохой признак. Или примета.

– Понятно. За нами шли.

– Нет. На нас они случайно набрели. На дым вышли. Но, если бы не ты, они бы нас порубили. Это точно. Уж очень мы подозрительно выглядим. И с этой самой горой у них отношения тонкие…

Стас усмехнулся.