Искусство исповеди

Разумеется, имена, данные от рождения, были здесь не в ходу, и, хотя мы и знали их, но пользовались исключительно ролевыми прозвищами.

У нас все было устроено так, что люди, которые не являлись ролевиками, смотрели на нас с непониманием. При встрече друг с другом, мы, например, могли совершенно спокойно поцеловать девушке руку, а если очень хотелось и девушка сама была не против, то это мог быть и более значимый поцелуй. Как бы то ни было, на приветственный поцелуй в щечку никто из нас даже внимания не обращал, считая это нормой.

Мы искренне радовались при виде друг друга, и нам было совершенно плевать, видит ли кто-то еще эту радость и как он к ней относится.

Сообщество существовало по своим неписаным правилам, жило по ним и всегда соблюдало их. Разумеется, не обходилось и без эксцессов со стороны «нормальных», или как мы их называли, «цивилов».

В тот день, однако, таких проблем не было, да и вообще, «цивилы» в последнее время поутихли, считая нас чем-то вроде безобидных сумасшедших, но когда я пришел к компании на обычное место сбора, сразу почувствовал в воздухе беду.

Беда касалась не всей компании, а лишь одной девушки, которой в текущий момент не было, но ребята сказали, что она подойдет позже. В принципе, в такой компании это было нормальным, что у кого-то какие-то проблемы, и это обсуждалось народом, чтобы понять, можем ли мы помочь, или человеку лучше разобраться самому.

Я нашел двух особ, которые обсуждали то, что с ней случилось, и сел рядом, не вмешиваясь в разговор, но и не пропуская ни одного слова, надеясь узнать хоть какие-то подробности, которые могли бы помочь мне подготовиться.

Подробности, которые не заставили себя ждать.

– Она вчера мне позвонила и два часа, пока мы общались, проплакала.

– А в чем дело-то?

– Да в этом ее парне, с которым она уже два года встречается. Она его в постели с одной козой застукала.

– Так давай ребят попросим. Отметелят его и дело с концом.

Я тихонько ухмыльнулся, вспоминая, как отделали одного «цивила», который ухитрился обидеть одну из наших девушек.

– Да нет, нельзя. Он из наших, хотя сюда ни разу не приезжал. Он в других краях тусит обычно.

Дело осложнялось. Наших мы старались не трогать без крайней необходимости, в особенности потому, что у каждого из нас найдется пара десятков абсолютно безбашенных и на всю голову отмороженных дружков, которых можно привести на помощь, и это будет чревато тем, что пострадает слишком много народу.