Честь имею

Да я так себя никогда в жизни не чувствовал! Мы, рождаясь и взрослея, живем в одном и том же теле, и все, что происходит с ним и с нами, принимаем как должное. А тут старый, больной инвалид получает молодое здоровое тело, в котором ни что не болит, не тянет, не создает неприятных ощущений. Хотелось петь, смеяться и делать глупости. Спрыгнув с сеновала, я пошел к бочке, стоящей у крыльца дома, и, сняв рубашку, принялся умываться, фыркая от удовольствия. Эх, в баньку бы сейчас или даже в речке поплескаться – было бы замечательно!

Дверь дома открылась, и в проем выглянул Вилкул, за которым виднелась фигура Петро.

Я улыбнулся и брызнул водой в Вилкула.

– Ааа, – заверещал тот, – холодно!

– А ты как думал! – засмеялся я. – Мастер-гончар должен по утрам холодной водой обливаться.

Вилкул на короткое время впал в задумчивость.

– Не, – протянул он, – дядька Оним так не делает! – И уже тише добавил: – Наверное.

Я захохотал от переполнявших меня чувств и продолжил водные процедуры. Из дома вышла Арна и протянула мне чистую холстину, служащую, по всей вероятности, полотенцем.

Подмигнув ей, чем снова вогнал ее в краску, я принялся вытираться. Ох, как же хорошо быть молодым!

– Петро, а как мне вашего старосту увидеть.

– Так чего же! – Тот почесал затылок. – Вилкул, а ну позови дядьку Сарта!

Старостой оказался степенный мужик лет сорока пяти, с окладистой бородой и умным взглядом зеленых глаз. Народ здесь оказался малорослым, вот и староста был почти на голову ниже меня, а Петро – тот еще больше.

А может, это я просто высокий, хотя и мускулатура у меня была развита пропорционально росту, я бы даже сказал, довольно сильно. Нет-нет, не Шварценеггер, однозначно, но все-таки.

– Господин Сарт, скажите, когда от вас что-то поедет в город?

Сказать, что староста был поражен – значит ничего не сказать, он был просто шокирован. Оказалось, что обращение «господин» используется только при обращении простолюдина к благородным людям. А если благородный обращается к простолюдину и хочет оказать ему уважение, используется обращение «ден», или просто называют человека по имени.

Но это мне объяснили позже, а пока я смотрел на впавшего в ступор старосту и ничего не мог понять. Кое-как справившись с изумлением (еще бы, ведь я причислил его к благородным!), староста наконец прогромыхал, что вот как раз послезавтра и пойдет в город караван из трех телег, кстати, весь транспорт, что и был в деревушке, и он будет счастлив предложить мне место на одной из них.