Яксил Тун

Мельком взглянув на Элизу взглядом триумфатора, Серро смело повёл темноволосую красавицу к танцполу.

Элиза наблюдала за ритмичными движениями этой гармоничной пары, и в её душе неожиданно зародилось чувство ревности и задетого женского самолюбия. Она постаралась подавить в себе эти неприятные ощущения, но они волнами упорно набегали вновь и вновь…

– Скажи, Педро! – взволнованно обратилась Лиззи к юкатанцу, который этой ночью был как-то особенно задумчив.

Она ещё раз украдкой взглянула на танцующих Франко и мулатку.

Хуан сидел за барной стойкой, наслаждаясь сигарами Cohiba и великолепным ромом семилетней выдержки. И поэтому Элиза могла спокойно поговорить с Педро наедине.

– Я как-то увидела на рабочем столе Франко фотографию молодой блондинки… Кто эта женщина, ты знаешь? Ты же его лучший друг… – её глаза смотрели вопросительно.

Педро внимательно взглянул на неё.

– Ты знаешь, Лиз, у каждого из нас своя боль… свой крест… своё прошлое… У Франко, у тебя… У всех нас… – медленно начал он.

– И это прошлое часто мешает настоящему, милая моя! Вот так-то… И нужно что-то такое, что поможет душе выздороветь, засиять новыми красками… Знаешь, такими светлыми красивыми красками, как радуга…

– Что именно, Педро?

– Матушка-природа, Лиззи, только она даст нам точный ответ. Только она подберёт нужное время… Когда оно придёт…

Мужчина ещё пристальнее всматривался в глаза Элизы.

– Я думаю, когда наступит подходящий момент, Франко сам расскажет тебе… Имей терпение, Лиз…

– Я простой юкатанский малый, Лиззи, – продолжил он.

 – И мне многого не нужно. И живу я просто… Но я всё вижу, Лиз… У тебя и Франко сейчас чёрный комочек в сердце. Такой же чёрный, как сгоревшее на углях зёрнышко кукурузы. Раньше там у вас, в сердце, было белое счастливое пространство, а потом появилось это маленькое чёрное зёрнышко-комочек. И вот представь себе, что с каждым днём таких чёрных комочков будет всё больше и больше, а светлого пространства всё меньше и меньше… Помнишь про вечный гнев богов? Вот так-то, Лиз, человек постепенно заполняется чёрным цветом, но у него всегда есть шанс и выбор остаться светлым…

После этих слов Педро утих, и его глаза на секунду закрылись.

Казалось, он опять ушёл в себя, в какой-то другой, только ему известный сакральный мир.

С последними ритмами румбы не спеша подтянулись весёлые Франко и Хуан.

Элиза долго глядела перед собой, в никуда, вспоминая счастливые моменты своего далёкого детства.