Дорогу осилит идущий. Фантастическая повесть

Ни поднять ногу, ни пошевелить ею!

Страшно стало Илье. Позвал он на помощь батюшку и матушку. Те же, так и не приступив к трапезе, тотчас поспешили к нему. Запыхались. Склонились над ним, беспомощно распростёртым на земле. В глазах тревога.

Матушка его всплеснула руками.

– Что с тобой, сыночек? Ты поранился?

Илья приподнялся на локтях. В его голубых глазах застыло недоумение. Он, здоровый и молодой, ещё не осознал до конца, какая пагуба постигла его.

– Поранился, матушка.

Матушка своей ладонью нежно прикоснулась к его лицу.

В её глазах выступили слёзы.

– Сильно поранился, сыночек?

Он тихо ей ответил:

– Сильно, матушка. Да так сильно, что ноженьки мои стали не хожалыми. Нынче они словно чужие стали.

Его матушка упала перед ним на колени и тихо запричитала:

– Ой, да что же это такое, а? Ой, да сыночек мой – ясный сокол, как же всё это приключилось-то с тобой, а? Ой, какое горюшко-то великое…. Ой, да свалилось оно на твою бедную головушку нежданно-негаданно…

Запустила, в горе великом, пальцы в свои волосы.

Закачала из стороны в сторону своею седою головой. Глаза её совсем утонули в слезах.

– Ой, да нехожалым теперь станет сыночек мой…. Сокол мой видный да ладный…. Ой, да как же теперь жить ему дальше-то, дитятку моему…. Ой, да разорвётся моё сердечко от несчастья беспробудного, да беспросветного…

Сражённый нежданной напастью, Иван Тимофеевич опустился на колени рядом со своей безутешной женой. Сделал робкую попытку утешить её:

– Не плачь мать, не причитай.

Авось пройдёт беда и Илюшенька снова станет на свои резвые ноженьки. Молод он. Поборет беду. Обязательно поборет.

Смахнул рукавом пот со лба.

– Отвезем Илюшеньку домой. Пусть отлежится. А отлежавшись, поправится.

Так и поступили родители Ильи. Они отвезли его в избу. Усадили его горемычного на лавку. Поставили перед ним еду.

Мать снова пустила слезу.

– Ешь, сыночек. Поправляйся.

А батюшка добавил:

– Мы с матушкой поедем на полюшко. Хлебушек надобно убирать.

А ты отдохни на лавочке. В прохладе. Авось тебе легче станет.

Родители ушли.

Илья остался в сумрачной, прохладной избе один. И вдруг его обуяла тоска сильная. По солнышку ясному. По широким зелёным просторам, которые никогда не заканчиваются, сколько не иди. По лесу нехоженому и таинственному, где водятся лешие да кикиморы. По речке Корчаге, с её прозрачной, ключевой водицей.

Но более всего затосковал добрый молодец по своей избраннице, Алёнушке.