И звёзды словно птицы. Сборник фантастических рассказов

Между тем, на восьмой позиции после запятой красовалась единица.

Третий раунд открыл бортовой врач. Горин предложил интересную идею:

– А что если врубить маршевые двигатели? Ненадолго. Если не увеличим скорость, то, хоть, стабилизируем её. Что скажете?

Мысль эскулапа мне понравилась. У меня есть НЗ. Командирский. На крайний случай. И я подумал, что такой случай наступил.

Я включил главные дюзы. Корабль завибрировал от напряжения. Единица на восьмой позиции после запятой, нехотя уступила место двойке. Народ оживился.

Но дальше, словно, заело. Резервный запас быстро таял. Двойка снова сменилась единицей. Не прошло. Я вырубил двигатели, чтобы не транжирить, понапрасну, остатки энергии. Они ещё могут пригодиться, когда совсем станет невмоготу.

У кибернетика потухли глаза. Он произнёс убитым голосом:

– Всё. Скорость «Титана» продолжает падать и мы, похоже, ничего не сможем сделать…

Всех охватила апатия. Третий раунд мы, тоже, проиграли. Оставалось уповать на чудо. А вдруг, область каверзного пространства, в конце концов, кончится, и мы вырвемся из плена!

Однако время шло.

Скорость падала. Чуда не происходило. Сила тяжести росла. На седьмой позиции после запятой уже горела тройка. Эх, время, время…

Неожиданно Гирин сорвался с кресла и, молча, открыл бронированную дверь. Она вела в длинный шлюз, соединяющий навигационную рубку с хранилищем тяжёлых скафандров, ангаром разведывательных зонтов и хранилищем антивещества.

Остановившись на мгновенье в чёрном проёме входа, второй пилот улыбнулся.

Его лицо стало светлым и одухотворённым, взгляд наполненным смысла. Хотя до этого, он выглядел чернее чёрного. Перемена в настроении второго пилота выглядела неестественно.

Я с трудом поднялся с кресла. Начинала угнетать возросшая сила тяжести.

– Гирин, что ты задумал?

Второй пилот торопливо ответил:

– Командир, я, кажется, нашёл решение проблемы. Нужен ещё один движущийся объект… впрочем, объяснять некогда. Времени в обрез.

Он скрылся в проёме. Мы ошеломлённо смотрели ему вслед, ничего не понимая.

Я крикнул:

– Гирин вернись, это приказ!

В ответ бронированная дверь мягко вошла в гнездо и заблокировалась изнутри.

Бортовой врач побагровел:

– Капитан, Гирина надо остановить. Его намеренья темны, а действия непредсказуемы.

– Что ты предлагаешь?

– Блокировку автоматики.

Блокировка автоматики на кораблях такого класса, как «Титан», мера чрезвычайная. Подобных случаев практическая космонавтика ещё не знала.