Неудержимые демоны, или История женской войны. Книга третья

Наконец, сосед Полониуса справа, тот, что был в продранной шинели, торжествующе взвизгнул:

– Ха! Тройка! Не везёт, начальник!

– Опять проиграл, – меланхолически сказал солдат, сидевший прямо напротив командира. – Сколько ты там уже должен?..

– Пять империалов, – буркнул Полониус и, вытащив из кармана записную книжку, приписал названную цифру к своему длинному счёту. Пряча книжку обратно, он мрачно прибавил: – Ещё пять.

Несколько солдат разом поёжились и усерднее принялись дуть на руки. Заметив непорядок, Полониус решил воспользоваться остатками своих командирских прав и повелительно махнул рукой:

– Принесите кто-нибудь дров! Только не ходите поодиночке, вдруг эти предатели всё-таки объявятся?.

.

По приказу начальника несколько играющих с недовольными лицами поднялись из-за стола и поспешили вдаль: туда, где в синеватой дымке едва угадывались лесные вершины. А Полониус с товарищами, которых уже никак нельзя было назвать его подчинёнными, продолжили резаться в кости. Может, на это повлиял уход группки участников или нечто другое, но ему вдруг стало необыкновенно везти.

Он выигрывал, радостно чертыхался и лихорадочно что-то черкал в книжечке. Его глаза возбуждённо сияли.

– Всё на кон… всё на кон… – шептал он и дрожащими от радости руками встряхивал тёплые кости.

Вдалеке раздался сухой, похожий на щелчок, ружейный выстрел. Верхушка одного из деревьев качнулась, и во все стороны с жалобными криками полетели птицы. Полониус Чертерский сразу швырнул кости на стол и вскочил, тревожно озираясь.

Солдаты подхватывались на ноги следом, лихорадочно снимали с плеча ружья и нацеливали их туда, где послышался выстрел. Полониус попытался всех успокоить:

– Да что вы трясётесь, как лихорадочные, право слово! Наверняка кто-нибудь из этих неповоротливых остолопов нажал на курок случайно, вот и… – но он примолк под осуждающими взглядами солдат и вздохнул: – Да нет, это точно кеблонцы. Ну, ребята, давайте их встретим хорошо!

Имперцы успели только построиться – а из-за синей лесной границы вылетело, как рой потревоженных ос, облако всадников на чёрных тонконогих конях.

От группы отделились три фигурки, явно предводители, которые помчались вперёд, понукая и подгоняя своё воинство дикими криками и залихватским свистом. С визгом и дымом полетели пули.

Полониус Чертерский закашлялся. Его голос прерывался, когда он гневно закричал своему отряду:

– ПАЛИ!!

Но в этом не было нужды: яростная перестрелка и так шла с обеих сторон.