Фиктивная семья для босса

Разминаю шею и устало потираю глаза, в которые как будто песка насыпали. Смотрю на время и удивленно присвистываю. Начало одиннадцатого. Пора бы выдвигаться в сторону дома. Завтра будет не менее трудный день.

Иду по пустынному офису, и мои шаги отдаются гулким эхом. Неожиданно под дверью одного из кабинетов я замечаю полоску света. Кто это такой же трудоголик? Или же…

Пока шестеренки в моей голове со скрипом крутятся, ноги сами меня уже несут в сторону кабинета. Толкаю дверь и вижу…ту самую сотрудницу, которой с утра не понравился с первого взгляда.

Она сосредоточенно смотрит в монитор, что-то бормоча себе под нос, и даже не замечает меня. Но дверь ударяется об стену, и девушка, вздрогнув, оборачивается в мою сторону.

И все-таки она очень красива. На лице ноль макияжа, темные глаза на пол-лица, пушистые загнутые ресницы, пухлые губы, которые мне хочется попробовать на вкус, длинные волосы, которые я бы с удовольствием намотал на кулак, открыв доступ к шее, где, я уверен, много чувствительных мест.

Воображение разыгрывается не на шутку, и в паху резко становится очень тесно. Да ладно! Никогда еще в моей жизни не было такого, чтобы я завелся от одного лишь вида женщины… Ведь давно не мальчик уже.

Если только однажды…

Но это было очень давно, что кажется лишь игрой моего воображения.

– Добрый вечер, – произношу хриплым голосом, надеясь, что сотрудница будет смотреть мне в глаза, а не ниже пояса. Тогда очень неудобно получится. Особенно, если учитывать мои принципы касательно служебных романов.

– Очень смешно, – бурчит сотрудница, даже не глядя в мою сторону. Она выключает компьютер, хмурится и спешно собирает вещи. Видно, что нервничает. – Просто новой босс – тиран, каких поискать. Требует выполнить пятилетку за ночь.

И вот вроде бы это откровенное хамство в мою сторону, но я почему-то смеюсь.

Девушка роняет помаду, мы оба наклоняемся, чтобы ее поднять, и наши пальцы соприкасаются. Меня словно бьет разрядом электрического тока, и брюки снова тут же становятся тесными.

Куколка поднимает голову, и мы сталкиваемся взглядами. В ее глазах сменяют друг друга удивление, страх и злость. Да черт возьми! Злость-то откуда?!

– Извините, – она бормочет сдавленным голосом, берет свою помаду и поднимается на ноги.