Фиктивная семья для босса

Какие бы тяжелые времена не были в нашей маленькой семье, моя дочь никогда в самый главный день в моей и ее жизни не оставалась без внимания.

– Я знаю, что тебе тяжело со мной, – грустно начинает моя не по годам умная крошка. – И я вижу, какая ты иногда бываешь грустная. И иногда плачешь по ночам.

Я замираю, ошеломленная услышанным. Если и срывалась, то глубокой ночью, зная, что Лия крепко спит. А она, оказывается, все подмечала, но молчала, нося все внутри.

– Малышка, но ты же не причем…Взрослые часто устают, и это нормально.

Это совсем не говорит о том, что мне с тобой тяжело. Ты – самое дорогое, что есть в моей жизни. Я живу благодаря тебе и для тебя!

Лия обнимает меня маленькими ручками за шею и доверительно шепчет:

– Но у меня есть мечта. И я хочу, чтобы ты, когда-нибудь, когда сможешь, ее исполнила. Вместо подарков на этот и все другие дни рождения.

– И какая же мечта?

– Я хочу попасть в Диснейленд.

Я замираю на месте. Серьезная мечта. И дорогая.

И мы обе прекрасно это знаем.

Но родитель для своего ребенка должен быть не только взрослым, который заботится о нем, выполняя свои прямые обязанности. Родитель для малыша должен быть тем, кому ребенок может безоговорочно доверять. В любое время и в любом возрасте верить, что мама или папа обязательно помогут найти лучшее решение проблемы. А еще должен быть самым настоящим волшебником для своей крохи.

– Договорились, малышка. Но мне придется немного подкопить, чтобы исполнить твою мечту.

А сейчас давай мы все же выберем тебе подарок и поедим тортик в нашем любимом кафе!

– Мамочка, ты лучшая!

– Я обязательно выполню все, что обещала Лие, – произношу твердо. – Но работать вместе с Робертом больше не могу и не буду. Слишком опасно. Не могу допустить, чтобы он узнал о дочери.

Мне очень обидно, что из-за босса-кобеля придется менять такое хорошее место работы. Что все обещания и мечты под угрозой срыва. Но это все ради безопасности моей и Лии.

Я не могу допустить, чтобы Роберт узнал о дочери.

Я зла. Дико зла. На себя, на чертового Штефана, на судьбу, что столкнула нас снова.

А еще я боюсь. Боюсь того, что спустя даже четыре года те чувства, что мощной лавиной обрушились на меня тогда в клубе, никуда не исчезли. Находясь рядом с ним, мне еще ни разу не удавалось сохранять спокойствие. Роберт, сам того не ведая, разбудил такой мощный вулкан, погасить который может только он сам.