Не моя дочь. Право на наследницу

Но все тщетно – мужчина даже не дрогнул.

– Успокойся! – рокочет над головой, и, на удивление, я замираю. Медленно поднимаю голову, подмечая детали: знакомый пиджак, свитер под горло, щетина, которая ему невероятно идет, крышесносный парфюм и пронзительные глаза, которые сейчас смотрят на меня с тревогой.

Саша!

– Что случилось? Почему ты в твоем положении носишься, как шальная?

– Пожалуйста, пожалуйста, отпусти меня…мне нужно уйти…– не замечаю, как меня начинает трясти от страха и холода: я вспотела, пока совершала забег на короткую дистанцию, и резкий порыв ветра бросает мне в лицо снег и заставляет дрожать.

– Пошли-ка ко мне в машину, пока ты не простудилась, там и расскажешь, что произошло.

Саша не отпускает меня, как будто боится, что я сбегу, и, придерживая за талию, ведет к своей машине. Открывает заднюю пассажирскую дверь и помогает забраться в автомобиль.

Едва оказываюсь в салоне, обнимаю себя руками и пытаюсь заставить свое тело не дрожать, а зубы не стучать. Получается, честно говоря, отвратительно.

Саша садится на водительское место и первым же делом врубает обогрев на полную мощность.

– Так лучше? – он поворачивается ко мне и пытливым взглядом сканирует лицо. Как бы мужчина не старался, ему не удается скрыть тревогу и волнение.

– Да, спасибо.

Через минуту меня начинает потихоньку отпускать. Я откидываюсь на сидении и кручу головой, пытаясь в окнах выглядеть Женю. И как раз в этот момент он выбегает на улицу, оглядываясь по сторонам. Саша этого не замечает, потому что что-то набивает в телефоне, а я сжимаюсь в комок, стараясь стать меньше, и максимально сползаю вниз, чтобы меня не было видно в окно.

– У меня тонированные окна, расслабься.

Саша кидает взгляд в зеркало заднего вида и снова внимательно изучает меня, как будто ищет ответы на моем лице.

– Спасибо вам большое, если бы не вы…

– Мы снова перешли на «вы», кроха?

Вздрагиваю от его обращения. Неужели вспомнил?..

Это коротенькое слово возвращает меня в прошлое.

Туда, где я сгораю и заново воскресаю в руках Саши…

От воспоминаний и несправедливости судьбы, от осознания навалившихся проблем на глаза наворачиваются слезы. Опускаю голову, чтобы Саша не видел их. А еще боюсь и одновременно желаю, чтобы он наконец вспомнил меня и, возможно, защитил…

– Извини, я не должен был так говорить.